Законы стаи

Дайте нам год…

Не знаю, поверил ли мне старый барон или нет, но он кряхтя встал, тяжело опираясь на трость, как-то неловко, как маленького ребенка, погладил меня по голове и сказал:

-- Ты хороший мальчик, Оскар. Любой отец гордился бы таким сыном!

Старик ушел, а я, вместо того, чтобы обдумывать текущие нужды и проблемы, как пацан, думал о том, что сегодня я буду ночевать в одной кровати с Мари. Это меня и радовало и пугало. Молодое тело требовало своего.

Если раньше, из-за постоянного стресса, конфликтов со стаей и длинной дороги, сил на мысли о «кексе» у меня особо не было, то сейчас, за последние дни, когда я, наконец, почувствовал себя дома, отъелся и отоспался…

С одной стороны, Мари - взрослая женщина и моя современница.

С другой стороны, молодое тело накладывает определенный отпечаток на психику и мысли. Насколько я знал женщин, у них все это работает совсем не так, как у нас, у мужиков.

У меня было два выхода – поговорить с ней сейчас или пустить дело на самотек. Я совершенно отчетливо знал, что мы друг для друга лучшая из возможных пар, но и давить ее этим я не хотел.

Поколебавшись, я решил не торопиться. Пусть она отдохнет и придет сама к таким же выводам.

МАРИ

Комната не была слишком уютной, но я протопила ее и отмыла. Конечно, хотелось бы кровать помягче и поприличнее. Соломенный тюфяк - фиговая замена ортопедическому матрасу. Впрочем, после корабля и ночевок под телегой эта старая башня казалась мне восхитительной.

Смущало меня другое – одну из спален заняла Олла, вторую барон.

Предполагалось, что в третьей, центральной, той самой, где стояла огромная кровать, мы будем ночевать вдвоем с Оскаром. Эти мысли не могли не волновать…

Он офигительный мужик, это нельзя не признать. Он воин и защитник – это то, о чем мечтает почти каждая женщина. Меня не отталкивала даже мысль о том, что он убийца.

Пожив в этом мире и посмотрев на него с высоты своего опыта, я поняла про себя довольно неожиданную вещь: если моей семье будет что-то угрожать, и я смогу убить – я убью.

Мои близкие мне значительно дороже всех остальных. Может, это и грех - думать так, но меня эти выводы не смущали. Мир получит тот ответ, какой заслуживает, поэтому дальше я себе душу не терзала.

Гораздо больше меня волновал другой момент – спать или не спать с Оскаром. Тут меня пугало многое. Сейчас я понимала, что ему выжить здесь гораздо легче, чем мне. В этом ощущалось некое принуждение, некая грязная мыслишка, утверждающая, что я пересплю с ним за защиту.