Закон трех отрицаний

– И в этом году… – начал подсказывать Селуянов.

– Да, я снова туда поехала. Мы были так счастливы! Мы собирались пожениться.

– И он бы приехал жить в Россию?

– Нет, я с детьми уехала бы к нему. Мы так решили.

– Любочка, – осторожно начал Зарубин, – не сердитесь на меня за то, что я сейчас скажу. Обещайте, что не рассердитесь.

– Обещаю.

– У вас много денег?

– У меня? – Она удивилась вопросу, потому что ожидала совсем другого продолжения разговора. – Много. Во-первых, последние восемь лет я очень хорошо зарабатываю.

– Отец вашего мальчика состоятельный человек?

– Более чем. Он не просто состоятельный – он очень богатый человек. Только не требуйте, чтобы я назвала его имя.

– Что вы, что вы, – замахал руками Зарубин. – Нам это и не нужно. Скажите, вы знаете, что ваша сестра собирается начать проект с режиссером Островским?

– Да, конечно. А откуда вы знаете? – вдруг испугалась она.

– Никто и не узнает, – пообещал Сергей. – Но ведь такой проект стоит очень дорого. Разве у Аниты Станиславовны есть такие средства?

– Нет. Но я пообещала ей помочь.

– В каких размерах?

– В больших. Я пообещала ей дать триста тысяч долларов. Такими средствами я располагаю."

"– Просто подарить такую сумму? Невероятно! – не поверил Селуянов.

– Зачем же просто дарить? Мы с Анитой договорились, что она будет отдавать долг по мере поступления доходов.

– Я это вот к чему веду, Любочка, – Зарубин вдруг стал очень серьезным. – Триста тысяч долларов – это сумма весьма значительная, особенно для безработного прокатчика. Не могло ли так получиться, что он узнал о вашем обещании дать деньги сестре и решил, что вы теперь останетесь ни с чем, что у вас больше нет средств и, таким образом, вы ему больше неинтересны? Вам это приходило в голову?

– Приходило, – по лицу Любы текли слезы, но она их не замечала.

– Наверное, нет, – со вздохом согласился Сергей. – А кому вы рассказывали о том, что собираетесь замуж за Джавада?

– Только Аните. Она умная и добрая, она не стала бы меня осуждать.