Закон трех отрицаний

– Спросите, – согласилась Настя.

А что, это может оказаться очень даже ничего, вкусно. Кажется, Лешка тоже так готовил, и Насте нравилось. Но как он это делал, она не видела и не знала.

Валентин быстро поговорил по телефону, что-то записал в своей пухлой тетрадке и радостно обернулся к Насте.

– Оказывается, все очень просто. А если есть яйца, то совсем хорошо.

Яиц не было, решили, что попробуют обойтись без них.

– А почему вы на диете? Что-то с желудком? – спросил Самарин.

– С весом, – мрачно проинформировала его Настя.

Разговор о полноте-худобе-лишнем весе в сочетании с присутствием филолога-автолюбителя и с недавними мыслями об Аните Волковой навел ее на воспоминания о режиссере Островском. Самарин сказал Лешке, что в жизни Островский выглядит не таким крупным и полным, как на телеэкране. Может быть, они знакомы или как-то общались? И вдруг ей повезет, и Валентин расскажет о режиссере что-нибудь стоящее внимания? Ведь убийство актрисы Халиповой так и висит, версия о причастности к нему Дронова и Багаева никак не подтверждается, а других версий как не было, так и нет.

– Вы хорошо знаете Островского? – спросила она, натирая сыр на мелкой терке.

– Кого?

– Островского Константина Федоровича, режиссера.

– Совсем не знаю, я с ним не знаком.

Что это? Ей почудилась или в речи филолога появились наполненные необъяснимым напряжением паузы?

– А где вы его видели? – продолжала спрашивать Настя, не глядя на Самарина.

Сыр почему-то вдруг начал застревать в ячейках терки и никак не хотел свободно двигаться вверх и вниз.

– Я?

Тянет время, тянет, задает дурацкие вопросы. «Я?» Ну а кто же, не Настя ведь. Чего он так разволновался?

– Вы, Валентин. Вы же его видели?

– Н-ну… да, видел. А что?

– Где?

– Где?

Опять переспрашивает. И насчет магазина он не очень удачно выступил. Он ведь подъезжал к дому со стороны трассы, а магазин находится в совершенно другом конце поселка, и Самарин никак не мог проезжать мимо него. Значит, он бывал здесь раньше, гулял по Болотникам.

– Валентин Николаевич, давайте заканчивать с играми, – вполне миролюбиво предложила Настя.