Закон трех отрицаний

Особенно сильные эмоции вызывали у нее блины, солнечно-золотистой горкой сиявшие прямо перед ее носом. Господи, где взять силу воли!

– Ты чего не ешь? – шепотом спросил сидящий рядом с ней Селуянов. – Плохо себя чувствуешь?

– Я так растолстела, что на мне джинсы не застегиваются, – таким же шепотом грустно сообщила она.

– Да ладно! – не поверил Коля. – По-моему, ты как была худая, так и осталась.

– Джинсы думают иначе. Я в них влезть не могу. А есть хочется просто ужасно.

– Брось ты, от двух блинков ничего не будет.

– Нет! – закричала Настя с таким ужасом, словно ей предлагали гадюку, фаршированную жабами в соусе из тараканов.

Присутствующие немедленно впились в нее глазами.

– Ты чего, Пална? Тебе Селуянов предлагает что-то неприличное? Он хочет на тебе жениться? – Зарубин, как всегда, отреагировал первым.

– И правда, Каменская, чего кричишь-то? – подхватил хозяин дома. – И тарелка у тебя пустая. Что-то не так?

Настя решила не ломаться и сказать все как есть.

– Да-а, бедняга, – посочувствовал Ольшанский. – Хочешь, я тебе яблочко принесу?

На яблоко она согласилась и сгрызла его в мгновение ока – так была голодна.

– Ладно, коль ты не ешь и рот у тебя свободен, ты и начнешь, – велел следователь. – Надумала что-нибудь за два дня?

Настя надумала. В деле Ларисы Риттер они перебрали возможность обмана со стороны всех, они подозревали во лжи или просто недобросовестных, пристрастных показаниях Валерия Риттера, его мать, домработницу, мать убитой Ларисы.

– Лариса не бросила в свое время Владимира Харченко, – говорила Настя. – Они пошли на сговор. Лариса выходит замуж за богача Риттера, тот прикладывает усилия к тому, чтобы раскрутить жену и сделать ее известной, после чего она разводится с ним и возвращается к Харченко.