Закон трех отрицаний

– К психоаналитику? Зачем? Вы думаете, я сумасшедшая, если я так волнуюсь за своего… за своего жениха? Вы считаете, что это ненормально – волноваться за того, кого любишь?

– Нет, волноваться – нормально, – поспешил успокоить ее Зарубин, – но в тот момент, когда вы осознаете, что вы расстались навсегда, вам понадобится помощь специалиста. Вы очень чувствительный человек, очень эмоциональный, сейчас вы просто не можете смириться с мыслью о том, что он вас бросил и вы больше никогда не увидитесь. Но придет время, когда вам нужно будет это признать, вы больше не сможете скрывать эту неприятную правду от себя самой.

Она отрицательно покачала головой и снова заплакала, на этот раз тихонько и жалобно.

– А вообще вы когда-нибудь обращались к таким специалистам?

– Нет. Мне не нужно было.

Сергей нащупал в кармане визитную карточку Аничковой, которую дал ему Селуянов. Место он уже присмотрел, вот здесь, на подоконнике, где свалены в кучу газеты, журналы и мелькают какие-то разрозненные листочки с разными записями и несколько визитных карточек.

Он ловко вытащил карточку из кармана и бросил на подоконник. Люба продолжала плакать, уткнув лицо в платок.

– А мне кажется, я тут у вас видел визитную карточку какого-то психолога… Еще в прошлый раз видел… Или мне показалось?

– Не знаю, – провыла Кабалкина, не отрывая платка от лица.

– Погодите-ка, вроде где-то на подоконнике…

Она замолкла, подняла голову и тупо посмотрела на него.

– Господи, какая еще карточка! Ларку убили… И он пропал…

– Да вот же она!

Зарубин радостно выхватил карточку из бумажной кучи, сваленной на подоконнике, и протянул Любе.

– У меня глаз – алмаз, я же точно помню, что видел ее. Видите, Аничкова Галина Васильевна, психология, кинезиология. Это ваша знакомая? Почему бы вам к ней не обратиться?

– Ах, эта… – Люба снова всхлипнула.

– Какой ужас, – сочувственно протянул Зарубин. – Вы ее хорошо знали?

– Ни разу не видела. Наш зам по персоналу ее нанял, чтобы она с нами занималась, если кому-то нужно. И карточки всем раздал.

– И что, кто-то ходил к ней?"

"– Ходили, наверное. Я точно не знаю, никто ж рассказывать не будет.

– А вы почему не пошли?

– А зачем? У меня все в порядке.