Зачем убивать дворецкого? Лакомый кусочек

Потом мрачно покачал головой, развернул велосипед и продолжил прерванный путь в Верхний Неттлфолд.

Эмберли остановил машину у небольшой белой калитки, вышел, двинулся по дорожке к входной двери. Окно в гостиной было открыто, и он услышал раздраженный голос Марка Брауна:

– Ты испортила все дело! Надо было мне самому этим заняться. Он обвел тебя, как дуру, вокруг пальца! Ты позволила ему заполучить эту вещицу, а потом послала за ним, позвала сюда. И что толку? А если кто-то его здесь видел?

Эмберли громко постучал в дверь, сердитый голос тут же стих.

– Добрый день! – весело сказал мистер Эмберли. – Я пришел вернуть вашей сестре принадлежащую ей вещь.

Марк узнал его и заметно покраснел.

– А, это вы… тут накануне… был маленько не в форме. Очень любезно с вашей стороны, что доставили меня домой.

Эмберли, когда ему того хотелось, бывал очень мил, само очарование, именно так он себя и повел.

В сопровождении Марка и бультерьера Эмберли вошел в гостиную, где возле стола стояла Ширли Браун. Она не выразила при виде Фрэнка ни малейшего удовольствия, хмуро смотря на него из-под насупленных бровей.

Но мистера Эмберли это ничуть не смутило.

– Как поживаете? Благополучно ли добрались до дома вчера вечером?

– Если б нет, меня бы здесь не было.

– Прекрати, Ширли! – одернул ее Марк и пододвинул гостю стул.

На секунду-другую в комнате повисло напряженное молчание; брат и сестра многозначительно переглянулись.

– Итак? – с вымученной беззаботностью произнес Марк. – Что именно?

– Это обронила мисс Браун. – Эмберли достал из кармана скомканный носовой платочек. – Вот, пожалуйста.

Напряжение тотчас спало. Ширли взяла платок.

– Вы очень добры, я доставила вам столько хлопот, – с иронией сказала она.

– О что вы! Сущие пустяки, – вежливо ответил Эмберли.

Она посмотрела на него в упор – во взгляде читались удивление и враждебность. Брат проявил больше гостеприимства и заполнил неловкое молчание, осведомившись у Эмберли, не желает ли тот остаться на чай.

Фрэнк принял приглашение и обезоруживающе улыбнулся Ширли. Она хотела что-то сказать, но сдержалась. Развернулась и молча вышла на кухню.

Марк начал извиняться за скудную обстановку дома.