Зачем убивать дворецкого? Лакомый кусочек

Иметь рекламу очень хорошо, но сперва мне надо поговорить со своим агентом, который должен вскоре приехать и обсудить со мной эти дела. Если он скажет, что арест прибавит популярности – то да, пожалуй, арестуйте меня…

– Думаю, так будет лучше всего, – согласился Хардинг, решительно выпроваживая ее из комнаты.

Сержант провел платком по лбу.

– Господи, сэр, не будь она иностранкой, чем все и объясняется, я бы счел ее просто идиоткой. Но иностранцам доверять нельзя. Они хитрющие. А если убила она? То есть я хочу сказать, кто заподозрит ее после того, как она утверждала, что могла это сделать?

– Если убийство дело ее рук, наша обязанность – найти тому доказательства.

– Да, сэр. Но она единственная, кто не мог совершить убийства, – почтительно заметил Незерсол. – Это мы знаем наверняка.

– Я и не отношу ее к подозреваемым, сержант. Но судя по первому впечатлению, она единственная, кто может рассказать неприкрашенную правду о том, что здесь вчера происходило.

Мисс Фосетт не заставила инспектора долго ждать. Она появилась минут через пять и дружелюбнейшим тоном сказала:

– Послушайте, вы пили чай? Сыщики его пьют? Если да, то скажите, я велю его принести.

Хардинг весело поглядел на нее.

– Большое спасибо, но сыщики не пьют чая при исполнении служебных обязанностей.

Дайна усмехнулась:

– Так я и думала.

– Мисс Фосетт, он был очень неприятным человеком?

– Да, – ответила Дайна. – Отвратительным. Сказать по правде, я надеюсь, что вы не найдете убийцу. Сентиментальничать, твердить о покойниках «только хорошее» бессмысленно, смерть генерала пошла на пользу всем.

– Всем? – переспросил Хардинг.

– Во всяком случае, большинству. Джеффри теперь может сам решать свою судьбу, избавившись от вечного дамоклова меча, Френсис, его кузен, наверное, получит какие-то деньги по завещанию; Фэй лишилась противного мужа.

– А мистер Гест?

Дайна бросила на инспектора быстрый взгляд.

– Его я не имела в виду. Вряд ли Артур что-то ему завещал.

Хардинг сел на край стола.

– Мисс Фосетт, я буду совершенно откровенен с вами, и, надеюсь, вы ответите мне тем же.