Забери мою жизнь

Они не могли не знать, что Ларнис Безымянный, студент, потерявший память, на самом деле Маркус Ви’Мири.

Проклятие. Произношу это имя, однако оно ни о чем мне не говорит. Знать – одно. Чувствовать себя Маркусом – другое. Что если я сделал неправильные выводы? Но нет, ошибка исключена.

Они предали меня. Мы с Лети окружены врагами. Какие бы цели они ни преследовали, когда поймут, что я догадался, – избавятся от меня и от Летиции.

Зачем отдавать власть над академией в одни руки, когда можно создать совет и разделить ее на всех?

Власть, деньги – в них все дело.

Я даже не был уверен в том, что нам с Лети дадут уйти, если узнают, что я побывал в доме ректора. Ведь не просто так на него наложили заклятие! Все, чем я располагал для нашего спасения, – осколки собственной памяти.

Думай, Нис. Думай. Ведь когда-то твои мозги неплохо соображали!"

"Пока я сидел на полу у кровати Летиции и держал ее за руку, обрывки воспоминаний кружились в голове, будто листы бумаги, подхваченные ветром.

«…только истинная любовь… оставить в прошлом прежнюю жизнь… безвозвратной смерти…»

Я все еще не знал, для чего нужен этот обряд, но моя интуиция – или истинная память, признаем очевидное, – вопила о том, что только так я спасу Летицию.

Потому что она умирала: ее сердце билось неровно и слабо, вот-вот вздрогнет и замрет навсегда.

Моя жизнерадостная, светлая девочка.

***

– Мне нужна книга о вампирах, написанная Маркусом Ви’Мири! – сурово сказал я, наклоняясь над библиотечной кафедрой.

Дриада-библиотекарь нервничала, взгляд метался с моего лица на лицо Летиции, погрузившейся в забытье.

– Что с девушкой? – спросила она.

– Книгу! – рявкнул я.

Она облизнула губы.

– Все книги о вампирах, к сожалению, на ру…

– Я приказываю! – зарычал я.

Дриада заморгала, и ее будто ветром сдуло. Решила ли она, что ко мне вернулась память, или я просто напугал ее своим видом – неизвестно. Главное, это помогло.

Когда передо мной легла книга, я не поверил собственной удаче. На обложке вытеснено: «Вампиры. Происхождение. Мифы и реальность. Традиции и обряды». Она самая. Удивительное дело, мне казалось, что я совсем недавно писал ее, сидя за столом, – так ясно я помнил пальцы, испачканные чернилами.