За все спрошу жестоко

Страшное зрелище и в то же время завораживающее. Алекс представил себя в толпе дерущихся, и руки вдруг онемели. Слишком уж мощно бьют волынские, слишком уж сильно достается их врагам."

"Тушинских хватило ненадолго. Один поднялся и побежал, за ним устремился другой. Толпа дрогнула и бросилась врассыпную. И вожак их тоже стал уходить, припадая на зашибленную ногу. Можно не сомневаться, что за деньгами он больше не придет. Зато в кабинет зашел Сэм. Глаза все еще горят, но дыхание уже успокаивается. Губа верхняя кровоточит, но он этого не замечает.

– Вот, пожалуйста! – Олег протянул ему белоснежный платок и пальцем показал на свою губу.

– А где Кит? – спросил Алекс.

Честно говоря, ему было бы приятней, если бы ситуацию выправил бы кто-нибудь другой, а не Сэм.

– В дороге где-то. Мы первые подъехали... А тебе что-то не нравится? – нехорошо глянул он на Усыгина.

Голос у него глубокий, грудной и при этом очень звучный. Чем-то это напоминающий рычание сытого льва.

– Да нет, нормально все...

– Олег, погуляй немного! Мне с Алексом поговорить надо.

Сэм властным жестом показал на дверь, и Олег безропотно вышел. Ему бы в цирке дрессировщиком работать, ни один зверь не посмел бы его ослушаться. Впрочем, Олег совсем не зверь – скорее кролик.

– Сколько с вас тушинские требовали? – спросил Сэм.

– Много...

Алекс не хотел называть точную сумму.

– А если мы у тушинских узнаем? – угрожающе нахмурился Сэм.

– Говорю же, много. Пять тысяч рублей! Но откуда такие деньги?..

– Я знаю, откуда... Да ты не колотись, Алекс, нормально все.

– Кто бы сомневался!

– Я слышал, Наташа от тебя ушла? – неожиданно спросил Сэм.

– Наташа?! – опешил Усыгин. – Ты откуда знаешь?

– Знаю. Она призналась...

– Призналась?! Тебе?!

– И еще она сказала, что ты очень сильно ее обидел.

Сэм смотрел на него так, будто взглядом собирался пытками узнать у Алекса правду.

– Тебе какое до этого дело?

– Наташа теперь со мной.

– Как с тобой?

– Нравится она мне.

Усыгин закусил губу. Он догадывался, что Сэм неровно дышит к Наташе. И даже сыграл на этом, заманивая этого юного зверя на свою сторону. Но в конце концов сам остался в дураках.

– Но так нельзя...

– Да мне плевать, что можно, по-твоему, и чего нельзя, – скривился Сэм. – И оправдываться перед тобой я не собираюсь. Наташа моя, и точка. А ты сейчас думай о том, как бы я тебе башку не скрутил...

– За что? – шарахнулся от парня Алекс.