Выгодный риск

– У Леры с Лидией Павловной вышла стычка, я бросился между ними и получил варенье… Теперь это кажется такой глупостью…

– Какие у нее были планы?

– Не имею понятия… Вечером обычный праздник для наших… Но Лера не пришла…

– Она часто брала вашу одежду?

Кирилл Макарович выразил на лице все изумление, на какое был способен.

– Вы шутите? Зачем Лере моя одежда? Ходит в одном черном, до сих пор в трауре по матери…

– Глубоко переживает трагедию в Ницце?

– Очень… До сих пор живет ею.

– Постоянно ссорится с вашей мачехой?

– Они не замечают друга друга… Как стеклянные… Мне очень тяжело… Я люблю сестру, мы очень близки… Лера не хочет слышать никаких резонов…

Пушкин помолчал, будто осмысливал нечто важное.

– В вашем доме только Матвей увлекается бабочками?

– Это увлечение батюшки, – сразу ответил Кирилл Макарович. – Брат ему помогает.

– Валерия Макаровна тоже им увлечена?

– Нет, она равнодушна. Предпочитает настольные игры, «Гусика» и прочее… А вот Лидия Павловна увлеклась. Помню, в Ницце ходила с батюшкой по полям, ловила дамским сачком…

– А вы?

– Бабочки? – переспросил Кирилл Макарович.

Нельзя было обманывать и нельзя сказать правду. В таких ситуациях Пушкин предпочитал находить третий путь.

– Господина Алабьева вчера видели в Москве, – сказал он.

Как ни был печален Кирилл Макарович, но тут усмехнулся. Печально усмехнулся.

– Это ошибка… У отца слишком важные дела в Ярославле.

– Телеграмма при вас?

– Зачем? Где-то дома лежит, если не выбросили.

– Макар Иванович решил продать страховое общество французам?

Если бы Актаев подкрался и взорвал под стулом у Алабьева хлопушку, даже тогда не случилось бы такого: Кирилл Макарович вскочил, отчаянно замахал руками, будто налетел рой пчел, плюхнулся на стул и схватился за сердце.

– Это ложь! – крикнул он. – Не верьте! Батюшка никому не продаст «Стабильность».

Москва такой город, в котором все становится известно: что в Сущевском участке шепнули – тут же в Серпуховском услыхали. Ничего нельзя утаить. Управляющий так старался разогнать подозрения, которые могут просочиться даже из сыска, что перегнул палку. Чем больше отрицал, тем яснее становилось: продадут «Стабильность», никаких сомнений. Надо будет обрадовать Эфенбаха.