Влюблен и очень опасен

Умерла бы ты при родах, какой с него спрос? Как говорится, все шито-крыто...

– То со скалы он бы меня сбросил, то при родах убил...

– Но я же не знаю, что у него на уме! Может, он как-то по-другому собирался избавиться от тебя...

– А может, совсем не собирался? Может, я ему вместе с ребенком нужна?

– Ну, может, – неохотно согласилась Инга. – Может, в нем любовь проснулась... Но ты не можешь быть с ним. Он убил твоего отца. И это то, что я знаю точно! А все остальное – гадание на кофейной гуще... Но ты же не можешь любить человека, который убил твоего отца?

Настя думала недолго.

– Не могу.

Если Марк действительно убил ее отца... Она никогда его не простит.

2

Постель смята, ноутбук с потухшим экраном лежит на самом краю, Насти нигде нет. Может, кто-то вспугнул ее и она воспользовалась аварийным выходом?

Но Марк не спешил идти к обрыву. Он перемотал назад изображение с видеокамеры, что контролировала подступ к домику, и увидел, как уходит Настя. Определил он, и в какую машину она села.

Марк с досады сильно прикусил нижнюю губу. Он же должен был понимать, что у беременных женщин перепады в настроениях такие же резкие и контрастные, как у наркоманов. Вот и Насте взбрело в голову вернуться в ловушку, из которой он ее вытащил. Обидно, но делать нечего. Судя по времени, прошло почти четыре часа с тех пор, как она уехала, – ее уже не догнать."

"А ведь так все хорошо складывалось: и в дом он к Инге проник, и допрос удался, и диктофон исправно внес в свою память ее признание.

Возможно, чересчур много времени.

Марк наскоро собрал вещи, уложил их в машину, но уезжать не стал. Видеокамеры и датчики движения – удовольствие дорогое, и жаль было их здесь оставлять – могут еще пригодиться. По пути к воротам он снял их все. Оставил машину за оградой, прошелся вдоль дороги, выдернув из-под листьев две камеры и три датчика. Но и этого ему показалось мало.