Влюблен и очень опасен

Он хотел отомстить!

– За что?

– Они когда-то вместе были, ну, еще в начале девяностых – рэкет, крыши, что-то там еще... Потом отца ранили на разборке. В живот ранили, из дробовика, все там разворотили. Он чуть не умер, долго лечился... И ты думаешь, Каховцев ему помогал? Как бы не так! Дал один раз тысячу долларов на лекарства, и все! Каховцев дела делал, а он концы с концами еле сводил. Я же помню, как он в больницах пропадал, а мы с матерью голодали... Я даже больше скажу: Каховцев к ней подкатывал. Она у меня красивая, так он и предложил ей с ним спать, пока муж в больнице.

.. Может, и было что-то, хотя мама говорит, что нет. Она отцу все рассказала, он злобу затаил. И мне потом эта злость передалась... И я знала, что отец Каховцева заказал. Был у него один выход. На Южака грешили. Он тоже Кирилла заказывал, но у него не вышло. А у нас вышло. Только Кирилл всех обманул. Мне теперь нельзя ни замуж выйти, ни ребенка родить.

– Ну, ребенка ты не очень и хочешь.

– Хочу. Но не от Каховцева. От тебя – пожалуйста.

Хоть сейчас!"

"Инга готова была на все, лишь бы выкрутиться из этой смертельно опасной ситуации. Тем более Марк заводил ее своей грозностью и недоступностью.

Но он сделал вид, что не понял намека.

– Настя вам чем не угодила?

– Так я же и говорю, что Кирилл нас всех обставил. Ни замуж нельзя, ни ребенка. От нее все зависит. Если она поднимет волну, то у меня все отберут. Если ее не будет, всем все равно будет, с кем я и как. А Настя заинтересована, чтобы я без штанов осталась. Ведь ей же все потом отойдет.

Поэтому я обратилась... То есть мой отец сам решил, что с ней надо кончать...

– Значит, ты к отцу обратилась? – поймал ее на слове Марк.

– Нет, он сам!

– На отца все сваливаешь? И не жалко его? Я ведь и до него доберусь. Сиротой остаться хочешь?

– Нет, не хочу.

– Тогда живите. И ты живи, и отец... Только Настю не трогайте.

– Нет, нет, что ты!

– Грош цена твоим словам... Я сейчас уйду. И ты свяжешься со своим отцом. Делайте что хотите, но заказ на Настю должен быть отменен.

Соглашайтесь на любые условия, но ей ничего не должно угрожать. У меня еще есть девять дней до конца срока. За это время со мной должны связаться и дать отбой. Если этого не случится, вы все умрете. И ты, и твой отец, и эта шавка, – стволом пистолета Марк небрежно показал на Алексея. – Поверь, если я задаюсь целью, меня никакая преграда не остановит. Я приду к тебе ночью и застрелю. Поверь, мне будет жаль тебя убивать, но рука у меня не дрогнет. Да, и еще.