В поисках Оюты (СИ)

— Зачем они лезли в эти корабли? — тихо пояснила, с нездоровым интересом вглядываясь в очередной разграбленный грузовой крейсер.

Какая-то неясная мысль тихо начинала скрести в голове, но я не понимала, почему меня так тревожат эти развороченные трюмы.

— А что неясно, Луиза? — кажется, муж даже усмехнулся. — Старая добрая, сладкая халява и вера в собственную неуязвимость. Это же других чума заражает, других черви и личинки кусают, а они-то бессмертные. Они обязательно вскроют, достанут и спокойно сорвут тот самый золотой куш.

— Какая глупость, — шепнула, всматриваясь в фигуры покойников.

И снова этот неясный страх и подсознательное ожидание чего-то ужасного. Словно мы чего-то не видим и не понимаем.

Судорожно вздохнув, заметила, как мелко трясутся мои руки.Шу выводил крейсер на очередной виток. Картина на мониторе не менялась. Она только обрастала деталями. Всё больше разинутых как пасти монстров грузовых люков, всё больше развороченных тюков, рассыпанных пластиковых коробок.

Моё сердце екнуло.

Та самая свербящая мысль словно взорвалась паникой в голове.

— Шу, ответь, — тяжело выдавливая из себя слова, прошипела я, — а что будет, если они вскрыли и корабль с Оютой на борту? Что если вскрыли их контейнер?

Я ожидала от него какой угодно реакции, но только не выражения крайней досады и злости.

— Ты понял, — обличительно взвизгнула. — Ты всё понял. И молчал. Как же я ненавижу твоё молчание, Шу.

— Успокойся, — его голос прозвучал невероятно холодно. — Не истери. Твоя дочь не дура. Ее чужой товар мало интересует. Сама она в глазах этих вот гниющих тоже не особо ценна. Откроют, увидят двух ребят, отправленных в рабство, и захлопнут крышку. Так что уймись. Главное, чтобы сами дети не решили геройствовать или сбежать.

— Нет, — я тряхнула головой и зажала между колен трясущиеся руки, — Оюта неглупая, она умеет здраво оценивать обстановку. Она не станет рисковать, не станет.

— Успокойся! — снова рявкнул он. — Даже если и заражены. Найдем и поместим в медкапсулу, опустим температуру до минимальных отметок и довезем их до системы гурсан. Там им сделают операцию, и всё будет хорошо. Слышишь меня, Луиза? Неважно в каком состоянии дети. Всё будет хорошо!

Вытащив руки, я сжала их в кулаки.

Но сердце просто обливалось кровью. Оно словно шептало, что там с моей девочкой не хорошо. Там всё совсем не хорошо.