Цена ошибки. Вернуть дочь

Мы немного поболтали по телефону, пока Ромка, её сынок, не разразился громким, по-настоящему мужским плачем, и Надя, извинившись, что нужно успокоить своего самого главного мужчину, отключилась.

Этот звонок, как тоненькая связь с той, другой жизнью, согрела и дала надежду.

С Надей мы встретились в детской поликлинике, опять же совершенно случайно придя на приём малышей до года. У нас оказался один участок, и очень удивительно, как мы не сталкивались с ней раньше. Её сопровождал мужчина, которого она представила как своего мужа.

– Лиз, да подожди ты немного, – убеждала меня бывшая одноклассница. – Я тоже не была похожа на папу, пока не выросла. Он в шутку так и звал меня «подкидыш», хотя очень любил.

– Посмотрим, – ответила уклончиво, отводя взгляд и закусывая губу.

К сожалению, Настин папа уже вряд ли признает её своей.

– Лиз, прости, – Надя мягко коснулась меня руки. – У вас с Игорем… – начала она.

Я просто покачала головой. Нет больше «нас с Игорем».

– Он так и не вернулся?

– Нет.

– Странно, – заметила она, немного задумавшись.

– Я тоже, – усмехнулась и попыталась улыбнуться, но получилось криво.

– И что, он даже не объяснил ничего?

– Нет. Он звонил, даже приходил раз, но я не стала с ним разговаривать, а потом я больше о нём ничего не слышала. Да и не до него мне было, если честно, – ответила уже более спокойно.

– Всё равно странно, – не хотела соглашаться теперь уже Долгина, а не Денисовская. – Я ещё в школе сравнивала Богатырёва с носорогом, ведь он всегда шёл до победного.

Такое сложно забыть. Игорь действительно никогда не сдавался, пока не докопается до истины.

– Видимо, произошёл сбой в системе. – Других объяснений у меня не было.

– Да быть такого не может! Такие не меняются, Лиз. Хочешь, я сама ему позвоню?

Признаваться, что я звонила, не стала. Телефон абонента оказался выключенным.

– Зачем? Прошло больше трёх месяцев.