Темные удовольствия

Я бросила короткий взгляд на Беккета, пытаясь выразить свое опасение одними лишь глазами.

— Да, наверное, — медленно произнес Беккет. — Моя ошибка.

Профессор Джеффрис наблюдал за нами с расчетливым выражением.

— Ну, если это все, нам пора приступать к проекту, — сказала я и взяла Беккета за руку.

Он тут же переплел свои пальцы с моими.

— Я бы сказал, что это всё, не так ли, профессор? — Голос Беккета звучал невыносимо высокомерно.

Профессор Джеффрис просто отступил назад и протянул руку, жестом приглашая нас идти первыми.

Мы поднялись на один этаж выше, и Джеффрис всю дорогу не сводил с нас глаз.

— Этот мужик — настоящий гад, — пробормотал Беккет, как только мы оказались вне пределов слышимости.

— Да, с ним определенно что-то не так.

Мне нужно было рассказать ему о Колетт и профессоре. Теперь, когда я знала, что Беккет ненавидит свою мачеху, не было причин скрывать это от него.

Пока мы усаживались за новый стол на опустевшем четвертом этаже, я пыталась придумать, как начать. И тут у Беккета громко зазвонил телефон.

— Твой брат. Я так популярен среди Мартино… считай, почетный член семьи. — Он ухмыльнулся мне.

— Да, ну, я бы не начинала разговор с признания, что ты спишь с его сестрой. Ашер может прилететь сюда только для того, чтобы избить тебя.

Беккет просто поднял бровь и ответил на звонок, отойдя подальше, чтобы поговорить с моим братом.

Как мы скажем Ашеру? Эта мысль неприятно застряла у меня в горле.

Пожевав губу и обдумав маловероятную возможность того, что Ашер просто улыбнется и пожмет руку своему лучшему другу, я отправилась на поиски книги. К счастью, общественные науки тоже находились на четвертом этаже, и я с облегчением увидела, что мне не нужно спускаться туда, где сидит профессор Гад.

— Кажется, мы одни на этом этаже.

Я подавила испуганный возглас, вызванный неожиданным появлением Беккета, и прислонилась спиной к стеллажам, прижимая руку у колотящемуся сердцу.

— Я думала, ты разговариваешь по телефону, — обвинила я его.

Беккет прошел по проходу, подходя ближе.

— Это был недолгий разговор. Ты знаешь, что он приедет домой на День благодарения? Мы должны сказать ему, Золушка. Я не собираюсь скрывать это. Я не могу.