Таня Гроттер и посох Волхвов

Зато сглазы эти были ого-го какие! Как-то шустрый Жора Жикин весь урок пробегал под партами ящерицей, а у болтливой Попугаевой просто-напросто исчез рот, так что она до самого обеда сидела белая от ужаса, опасаясь, что он так и не появится.

Магический журнал, который Сарданапал принес с собой, быстро отметил всех присутствующих, вскользь огрел Семь-Пень-Дыра и Гломова по затылку и улегся на стол.

– Я уже предупреждал, что сегодня мы будем говорить об именах… Знание чьего-либо имени – огромная ответственность.

В другой раз усы наверняка воспользовались бы случаем и обвились вокруг его пальца, как побег дикого винограда, но сейчас они были лишены такой возможности. Их удерживал небольшой серебристый зажим с замочком, расположенный чуть ниже правого уха.

– Именно поэтому древние боги имели столько затуманивающих имен, главный смысл которых был в сокрытии основного. К примеру, бог Дионис, он же Вакх, он же Бахус, он же Лиэй, он же Бассарей, он же Бромий, он же Эвий… Разумеется, среди прозвучавших имен нет ключевого. Даже Дионис на самом деле не истинное имя… Шурасик, сколько можно писать? Неужели нельзя запомнить так? Бери пример с Ваньки Валялкина – он даже не знает, где у него перо!

– Почему не знаю? Просто я наложил на него заклинание невидимости! – возмутился Ванька.

Сарданапал задумчиво кивнул.

– Хотел бы я понять, как ты собираешься готовиться к экзаменам по невидимым конспектам. А именно такие у тебя и будут… Но продолжим. Прежде, когда неглупый маг готовился к сражению с более сильным магом или драконом, он старался разузнать его истинное имя.

Факелы затрещали. Пламя побледнело, выцвело и змейками потянулось к академику. Верка Попугаева завизжала дурным голосом. Ослепляющее сияние со всех сторон охватило Сарданапала.