Таня Гроттер и магический контрабас

Кроме того, он сожрал дубинки у двух охранников, которые пытались ему помешать. Разумеется, беднягу можно извинить тем, что он до этого сильно изголодался – мать с отцом вообще его почти не кормили, а только били и заставляли попрошайничать, но надо же держать себя в руках. Теперь он здесь, ты с ним еще познакомишься... Кроме того, у нас тут учатся и сироты, которые находят здесь свой родной дом. Мы стараемся подыскать ключик к каждому сердцу. Ведь магия крайне опасна, если использовать ее бесконтрольно."

"Поклеп Поклепыч насмешливо фыркнул.

– Ключик к каждому сердцу, ути-пути! – передразнил он. – Нечего с ними цацкаться, с этими маленькими пройдохами! Ролики им, видите ли, в руки прыгают. У кошельков крылышки вырастают! Вначале пустячки, а потом – раз! – из пустячков получается Та-Кого-Нет!.. Я бы их по-другому лечил. Раз и навсегда! Насквозь их вижу! – Холодные буравчики завуча пристально уставились на Таню, и той почудилось, что в каждом зрачке у него отразилось по маленькому скелетику.

Сарданапал побагровел. Послышалось шипение, свист – и, внезапно взлетев, коротконогое кресло вместе с академиком зависло в воздухе прямо у нее над головой. Таня поняла, что так глава Тибидохса спускает пар.

– Ерунда, Поклеп! – крикнул он. – Я триста раз с тобой спорил и еще триста раз буду спорить! Думаешь, я не знаю, к чему ты клонишь? Нельзя подвергать детей полному зомбированию, чего бы они ни натворили! Пока я здесь хозяин, я не позволю, чтобы по коридорам чинно прогуливались послушные зомби с оловянными глазками-пуговками! Или ты забыл, как сам попал сюда в детстве и чем ты занимался, когда я тебя нашел?

– Не надо, Сарданапал! Мы же договаривались! – побледнев, крикнул завуч, испуганно покосившись на Таню.

Не успел академик ответить, как их беседа была прервана жутким ревом. Стены мелко задрожали от ударов, доносившихся из-под земли. Таня от неожиданности подскочила на месте, заметив при этом, что ни Сарданапал, ни Поклеп Поклепыч даже бровью не повели.

– Это титаны. Котт, Бриарей и Гиетт. У каждого по сто рук, по пятьдесят голов и немереное количество дури. Скоро ты к ним привыкнешь. Они заточены глубоко под землей в темной, тесной и душной пещере, – с нехорошей усмешкой сказал Поклеп Поклепыч.

– А почему их не выпустить? – спросила Таня. Поклеп Поклепыч желчно взглянул на нее, будто она сморозила полнейшую глупость.