Старое поместье Батлера (СИ)

Предвкушающая улыбка коснулась аристократических губ: совсем скоро он будет свободен. Осталось только притвориться мёртвым с помощью редкого зелья, затем попасть в общую могилу, а потом он ""оживёт"" и отправится вершить правосудие – он отомстит каждому за то, что оставили его одного."

"Затем его отвели назад к остальным каторжанам. И снова скудный завтрак и снова дробить ненавистный камень. Но кое-что всё же было иначе: предвкушение торжествующей негой разливалось по всему естеству Лероя, мужчина радостно сверкал глазами и даже напевал под нос незатейливую песенку: ведь осталось потерпеть всего ничего, и он покинет это место раз и навсегда.

***

В аскетически обставленной комнате сидели двое.

– Дорогая Летиция, – голос мужчины был ласков, – прости, но встретиться с тобой раньше у меня никак не получалось – дела семейные, знаешь ведь требовали моего постоянного присутствия.

– Да-да, милый, я знаю, – закивала женщина, влюблёнными глазами глядя на собеседника.

– Но ты не справилась…

– Я всё понимаю, поэтому и хотела поскорее встретиться, всё объяснить. Делала, как ты велел: при каждой встрече поила тем зельем старика Батлера, вот только… Не успел он на мне жениться, хоть и обещал. Видать, сердце раньше, чем я полагала, отказало, не выдержав…

Мадам Хьюз говорила сбивчиво, стремясь успеть рассказать всё, ведь встречаться со своим возлюбленным часто не могла – опасно, кто-то мог увидеть их вместе, а репутация сидевшего напротив неё лорда должна оставаться безукоризненной.

– Ты говорила, что он вписал тебя как главную наследницу в своё завещание, – не меняя интонации, произнёс мужчина, наклонился вперёд и, подхватив чайник, лично разлил по чашкам горячий вкусно пахнущий мёдом и ягодами взвар, – попробуй, особый рецепт. Тебе понравится.

– Спасибо, милый! – Летиция тут же пригубила вкусный напиток и, громко причмокнув губами, довольно проговорила: – Весьма ароматный букет.

– Но на деле вышло иначе. Поэтому, прекрасная Летиция, я не смогу на тебе жениться.

Глаза дамы мигом наполнились слезами, она сделала второй глоток, на этот раз внушительнее и торопливее.