Старое поместье Батлера (СИ)

Всё же, какой он огромный мужчина! Метр девяносто точно есть, и широкоплечий, живот плоский ни намёка на пивное брюшко, сильные длинные ноги, узкие бёдра, мощный торс и широченные плечи. Привести бы в порядок его бороду, хотя бы подстричь, придать форму, и хоть сейчас в какой-нибудь блокбастер главным актёром. – Пройдёмся по каждому пункту?

– Я не против, – кивнула, готовая к обсуждению.

– Брачный договор сроком на четыре года, ровно до вашего совершеннолетия, – прочитал он. – Это даже звучит странно. И выглядит также.

– Почему? – пожала плечами, – это соглашение касается только нас с вами, оно вообще может быть каким угодно закрученным.

Харрисон как-то странно на меня покосился, и в итоге молвил:

– А если и вы, и я передумаем?"

"– То есть, – сначала не въехала я, а потом дошло. Сердце глупое сделало предвкушающий кульбит, но я постаралась не показать вида, насколько его фраза меня взволновала, – вы хотите сказать, – поспешила озвучить мысль, – вдруг мы влюбимся друг в друга?

– Почему нет?

– Действительно, почему нет? – кивнула я.

– Тогда внесём правку: договор бессрочный, может быть расторгнуть по обоюдному согласию сторон.

– По желанию одной из сторон, – покачала головой, – вдруг я вас полюблю, а вы меня нет? И наоборот? Не нужно кого-то держать в плену неразделённых чувств.

– О как завернули, – уважительно кивнул мужчина, в серых глазах мелькнула улыбка. – Теперь вот это: две смежные комнаты для вас и для меня. Что это за условие вообще?

– Эм, – глубокомысленно выдала я.

– После развода никто не будет ждать от вас сохранённой невинности, – пожал плечами он.

– Для меня это важно.

– Кхм,кхм, – тихо прокашлялась мама.

– Простите, леди, но меня это не устраивает, – Дин встал, снял сюртук, закатал рукава светлой рубашки выше локтей и вернулся на место. Я, как зачарованная, смотрела на его загорелые, чего уж там, волосатые и очень мускулистые руки и вообще выпала из реальности.

– Мисс Грейс? – позвал он меня, я перевела взор на его шею и ниже: две верхние пуговицы были расстёгнуты, оголяя часть очень привлекательного торса.

– Да? – мне показалось, или у меня голос осип?

– Этот пункт немного перефразируем: по обоюдному согласию супружеское ложе на двоих.

Мама поперхнулась, а я очнулась, вот уж гормоны, как невовремя!

– Что?

А Дин смотрел на меня и широко белозубо улыбался. Как ему шло это беззаботное веселье! Лукавство коснулось и голубовато-стальных очей.