Там, где живет любовь

Мы уже по количеству жетонов обгоняем второй отряд…

Осталось взять жетоны с предстоящей олимпиады по физике. Для этого мне нужна помощь Никиты. Нужно не забыть попросить его об участии…

Марк взял меня под руку, и мы пошли по узкой тропинке, усыпанной желтыми иголками, в глубь леса. Сквозь толстые стволы сосен виднелось озеро – спокойное и гладкое.

– Ты подумала над тем, о чем мы говорили? – с места в карьер спросил Василевский.

– Подумала, – кивнула я. – Марк, ты очень классный, но…

– Но? – Василевский искренне удивился.

– Нравишься. Вернее, очень нравился… – я вдруг покраснела и замямлила. Чувствовала себя очень глупо. – Только я не вижу особой заинтересованности во мне. Кажется, ты всем девчонкам уделяешь много внимания…

– Ты ревнуешь? – улыбнулся Марк.

– Нет, просто не понимаю тебя.

– И все-таки тебе я уделяю чуть больше внимания, – сказал Марк.

– О-о, я польщена!

По пути сорвала цветок и теперь, опустив глаза, теребила в руках стебель.

– Серьезно, Вера, ты понравилась мне с первого учебного дня.

Наверное, я снова покраснела. Со стороны-то мне казалось, что я все это время была сама невозмутимость.

– В общем, я понял. Претензия в том, что я много общаюсь с другими девчонками, верно? Так это ж без задней мысли… Просто хочется со всеми быть в хороших отношениях.

– Да я вообще без претензий! – запротестовала я.

– Тогда в чем дело? Тебе понравился кто-то другой?

Я молчала. Рассказать, что ли, Василевскому, что этот вредный Никита никак не выходит из головы?

– Это Яровой, да?

– Он тут при чем? – вспыхнула я. Марк будто мысли мои прочитал.

– Ты с ним стала много общаться. Вы раньше встречались?

– Нет, просто дружили. Слушай, Марк, ты только не обижайся! Все так запутано.

Сосновая шишка громко хрустнула под чьими-то ногами. Совсем рядом послышались оживленные голоса. И знакомый девичий смех. Я думала, Ирка выйдет на опушку вместе с вожатым, но Третьякова нарисовалась в компании Никиты и Дани. Вот принесла ж нелегкая! Заметив нас с Марком, ребята остановились.

– Привет! – первой поздоровалась Ирка.

Неловкая пауза. Только птицы, кажется, теперь запели еще громче.