Там, где живет любовь

Хотя в Кузе, кстати, ничего симпатичного, разве что рост и фигура. Не понимаю, что в нем Оксанка нашла. Слишком прыщавый.

В углу комнаты театрально откашлялась Амелия. Тогда Диана сердито сказала:

– Ты можешь попросить у кого-нибудь в отряде беруши. Или спать с наушниками.

– Я привыкла засыпать в тишине, – раздраженно отозвалась Циглер.

– Ну, ты здесь не одна, – не сдавалась Диана. – Это социум. Всем нам приходится чем-то жертвовать ради того, чтобы…

– Руднева, заткнись ты уже! – попросила Ира. – Даже я тут с Амелией согласна.

Диана обиженно замолчала. Я перевернулась на другой бок и принялась рассматривать Дианкину тумбочку, которую освещала луна. А на тумбочке – баночки, баночки, баночки…

– Кстати, о парнях, – снова начала Руднева. Будто до этого она говорила не о них, а о ядерном реакторе. – Я и не обращала как-то внимания, что Никита стал таким симпотным. Мы учимся в параллельных классах, он особо никуда не лезет, как тот же Василевский. Я на Ярового и не смотрела… Видели, какая у него фигура?

Я почему-то рассердилась.

– Такие широкие плечи! И улыбка красивая. А когда мы в детстве дружили, такой тихоня был. Кто бы мог подумать? Слушайте, а может, мне с Никитой замутить? Ну подкатить к нему на дискотеке, например. По старой дружбе.

– Вроде ему уже нравится какая-то девчонка.

Я даже не узнала собственный голос – глухой и тусклый.

– Ты откуда знаешь, вы же больше не общаетесь? – спросила Диана.

– Даня что-то такое вроде говорил, да, Ир?

Третьякова медленно приподнялась на одном локте и посмотрела на мою кровать. Потом немного растерянно произнесла:

– Ага. Там вообще бесполезняк соваться, Руднева.

– Да? Эх, жалко. Ну Даню я воспринимаю только как друга. Он к тому же такой бабник…

– Господи, да закончится когда-нибудь этот «Дом-2» или нет? – взвыла Циглер.

– Если у тебя есть какая-то другая тема для разговора… – начала Диана.

– Нет у меня никаких тем! – отрезала Амелия. – Почему нельзя просто лечь спать, без этой убогой болтовни?

– Амелия, а это правда, что твоя бабка – ведьма? – внезапно спросила Ира.

Ну и тему подняла Третьякова. Я прислушалась к звуку дождя. Наверное, так и будет моросить всю ночь.

– С чего ты взяла? – фыркнула Амелия.

– Ну-у, люди так говорят, – неуверенно ответила Ира.