Связано с любовью (СИ)

Заварив большой кувшин, что использовался как заварочный чайник, я решила не тянуть время, и поднялась на второй этаж снова. Аккуратно толкнула дверь в комнату своей родительницы и оказалась в странной, и очень захламленной комнате. Видно было, что вещи в доме, как и мебель – хорошие, явно дорогие, но то, как их «убили» за несколько месяцев – заметно невооруженным взглядом.

– Мда, уважаемая редакция, что решила направить меня в это место, скорее всего, вы решили дать мне понять, что все мои проблемы там – сущая ерунда.

Спасибо за науку, я уже оценила ваше участие, - буркнула я вслух, и сделала несколько шагов к центру комнаты.

Сразу бросилось в глаза то, что отец любил роскошь. Не просто удобство и дороговизну, а именно роскошь! Кровать, что стояла ровно по центру, была сделана из какой-то дорогой породы дерева, и слой масла, которым дерево было пропитано, кое-где еще давал понимание – что там за рисунок на древесине. Высокое изголовье, по углам прекрасные деревянные колонны.

Тряпье, что не было стирано больше месяца, навалено на одной стороне кровати.

Глядя на вторую часть кровати, мне казалось, словно какая-то неведомая большая птица свила гнездо, но сейчас улетела по своим птичьим делам, и это углубление среди одеял, покрывал и подушек пустует.

Окна занавешены так плотно, что полумрак добавляет комнате неприятного налета из фильма ужасов. Допустим, если бы я увидела это в кино, то ожидала бы, что за кроватью окажется еще одно гнездо, в котором уже вывелись эти огромные птицы, и щелкают клювами, в ожидании куска понажористей.

– Фу, Настя, прекрати выдумывать, - вновь сказала я себе вслух, и улыбнулась незнакомому голосу, что произнес мое настоящее имя."

"Я подошла к окну и чуть отодвинула плотную и тяжелую штору. В моей комнате, в отличие от этой, штор не было вовсе. Или у маман еще руки до своей не дошли, или же у Рузи были свои заскоки – в ее комнате, хоть и такая же дорогая мебель, но ее значительно меньше.

Здесь же, кроме кровати, стоял массивный секретер, комод с резными деревянными же ручками, шикарный платяной шкаф и стол на вычурно выгнутых ножках.

К нему приставлены два стула как набор – вся мебель темного, но явно не морёного дерева. В этом я кое-что понимала – за годы содержания мебельного завода приходилось самой погружаться в процесс, особенно тогда, когда принималось решение – будем ли мы делать эксклюзив, или же поставим на поток средние, более доступные народу изделия.