Сводные

Мои глаза сами собой распахиваются, а сердце от восторга падает в обморок. Я царапаю простыню ногтями, но…

Это не оргазм.

Это что-то другое.

— Что… что ты делаешь? — шепчу в его губы. — Почему так…

— Нравится? Или нет?

— Да...

— Мой палец в тебе.

Кай немного отодвигается, и я вижу. Вижу, как тяжело и медленно движется его рука между моих ног. Каким необъятным голодом в то же время горят стальные глаза. Он завидует собственным рукам, но не спешит. Не торопится, делая все только для меня.

— Тебе больно? — спрашивает сиплым голосом.

Мне не хватает смелости говорить.

Трясу головой, слов больше нет. Впиваюсь в его шею зубами, чтобы загодя заглушить крик, который уже зреет в горле. Скоро. Очень скоро. Уже почти.

Я начинаю дрожать, зачем-то свожу вместе ноги, зажимая руку, но второй рукой Кай перехватывает мои бедра. Тяжелые удары костяшек о чувствительную плоть, ритмичные, точно выверенные прикосновения воспламеняют, и воздух в моих легких сгорает в два счета.

— О боже, боже… Да!

Кай накрывает мои губы через секунду, но все равно слишком поздно.

В любом, случая не смогла быть тихой.

Меня колотит от накатывающего волнами удовольствия, я задыхаюсь и растворяюсь в его глубоких бесстыдных поцелуях, мечтая о большем, пока отголоски оргазма блуждают по телу.

После Кай отстраняется. Я слышу шорох одежды — он быстро раздевается.

Тянется куда-то в сторону и потом рвет зубами серебряный пакетик. Меня пронзает острой занозой и застревает где-то под сердцем вопрос Леи — а была ли защита в прошлый раз?

Я была слишком занята, а еще очень нервничала, чтобы заметить.

А влага на моих бедрах? Я не знаю, сколько ее должно быть. По ощущениям, я и сейчас очень влажная. А тогда я просто боялась себя лишний раз коснуться. Сейчас я чувствую прикосновения прохладного воздуха к разгоряченным частям тела, а мои бедра даже в полумраке блестят от влаги.

Ну не спрашивать его, особенно сейчас?

Подожди, мол, нам надо поговорить.

— Все нормально? — Кай опускается на кровать рядом.

Киваю.

— Мне продолжать? Ответь голосом, Юль.

— Да… — голос скрипучий, как будто кто-то проводит наждаком по стеклу.

— Точно?

Он оглаживает свободной рукой мои ягодицы, и мои бедра сами подается к нему навстречу. Мое тело знает лучше меня, что мне сейчас надо.

— Расслабься…

Я снова ощущаю давление. Сильнее, чем раньше.