Сильнейший Столп Империи. Книга 1

Я знал все дороги, каждый кустик И сколько времени нужно, чтобы доехать от пункта А до пункта Б в такое-то время суток. И это не в одном городе.

Я всегда умудрялся отрываться от погони, при этом не имело значения, кто за мной гонится. Я всегда привозил товар в срок и в назначенное место.

И вот, однажды дорожная полиция скооперировалась с обычной полицией и ещё несколькими службами и устроили на меня облаву.

Они перекрыли всё, что можно, и что нельзя тоже, но мне всё равно удавалось от них ускользнуть. Однако в погоне за мной они потеряли несколько десятков своих и повесили их смерти на меня, после того, как им всё-таки удалось схватить меня.

Я отсидел семь лет, прежде чем меня отправили сюда в качестве добровольца. Раньше я думал, что сюда свозят только смертников, а теперь что-то изменилось.

— Так людей у них не хватает, вот и начали собирать всех подряд, — предположил Громила.

— А ты тоже обычный заключённый? — поинтересовался я.

— Нет. Его на казнь отправили и предложили выбрать, — ответил за него Лихач.

— И что, думаешь, такая смерть будет лучше?

— Не знаю. По крайней мере здесь есть хоть микроскопический шанс выжить, а если бы отказался, то гарантированно казнили бы.

— И за что тебя казнить хотели?

— В трактире подрался. Сидел себе спокойно, пил, никого не трогал, и тут за соседним столом компания молодых пацанов начала подтрунивать надо мной. Я внимания не обращал до тех пор, пока один из них не подошёл и не вылил на мою голову своё. Я ударил его всего один раз.

Вот только он отлетел на несколько метров, ударился о стойку бара позвоночником и сломал его.

А позже выяснилось, что это был прокурорский сынок. Они с друзьями любили так шутить. Переодевались простолюдинами приходили в бар со своим пойлом и сидели тихонечко, пока жертву не выбрали. А потом начинали над этой жертвой издеваться.

— Какого такого? — поинтересовался я.

— Я ведь тогда в армии служил. Бойцом был. Несколько раз к награде представлен. Я в горячих точках частенько бывал. И почему так облажался, честно говоря, вообще без понятия.