Силиконовая надежда

Она развернулась и почти бегом скрылась в переходе, а Матвей, покачав головой, пошел в ординаторскую.

Анна

Не знаю, кто произнес фразу «Выбери то, что тебе нравится, и ты не будешь работать ни минуты в своей жизни», но он был совершенно прав. Чтобы понять это, мне потребовалось десять лет. Десять мучительных лет – от двадцати до сегодняшнего дня, чтобы разобраться в себе, пройти через все круги ада и найти наконец то, что позволило мне стать другой. Я могла всю жизнь проработать массажисткой, разминая чужие телеса, и не узнать, что есть в мире место, где я буду счастлива как никогда и нигде.

Это кухня."

"Да-да, огромная кухня частной клиники пластической хирургии, где я ежедневно вместе со своими помощниками готовлю прекрасную еду для пациентов и персонала. Казалось бы, труд массажистки куда легче и в чем-то даже престижнее, но не для меня. Именно кухня вытащила меня из того состояния, в котором я пребывала долгие годы, спасла от затяжной депрессии и дала в руки новую профессию. Пять лет я почти беспробудно пила и еще пять – выкарабкивалась из этой ямы, и именно эти последние пять лет нож, разделочная доска и всевозможные кухонные приспособления поддерживали меня и заставляли не тянуться к бутылке.

Кухня спасла меня, кухня – и Аделина. Ей я благодарна как никому больше в этой жизни.

Мы очень странно познакомились с ней, вышла такая сказка о Золушке, только вместо принца в главной роли оказалась пластический хирург Аделина Драгун.

Пять лет назад, когда я уже почти совсем опустилась, она взяла меня за руку и не выпускала до тех пор, пока не почувствовала, что я обрела почву и твердо встала на ноги.

Аделина пережила со мной все – наркологическую клинику, психотерапию, попытки сорваться, кулинарную школу, которую, кстати, сама же и оплатила, кулинарное шоу, едва не стоившее мне внешности. Она собственноручно исправила мое лицо, за пять лет пьянства ставшее, скажем так, малопригодным к носке, а потом еще и облитое раскаленным маслом – люди порой устраняют конкурентов всеми доступными средствами. Теперь, окончательно избавившись от тяги к алкоголю, я даже не выгляжу на свои тридцать – ухоженная, с подтянутой свежей кожей, без висящих мешков под глазами. Словом, Аделина заново сделала из меня человека.

Но это случилось после нашей второй встречи. О первой, как мне кажется, Аделина забыла, а я из деликатности не упоминала никогда, хотя, может, и напрасно. В той истории она выглядела не просто героиней, а едва ли не существом, сошедшим с неба.