Шекспир мне друг, но истина дороже

До этой секунды он изо всех сил жалел ее, придумывал, как бы поаккуратнее расспросить, чтоб не будить страшных воспоминаний и не вызвать кошмаров, а тут – рассердился.

…Тебя по-прежнему не интересует твоя жизнь – и смерть! – потому что они перестали интересовать артиста Земскова?.. Тебе не важно, кто именно и за что пытался тебя убить, да еще так страшно, потому что это не важно для артиста Земскова?! Ты готова сгореть заживо только потому, что этот самый артист тебя не любит?!

– Мы считаем, – начал Озеров неприятным голосом, – что человек, который на вас напал, был в шерстяных перчатках.

– Я не знаю, – пробормотала она испуганно и моргнула. – Я не знаю, правда.

– Врагов у вас нет, – продолжал Озеров. – Нет врагов, Георгий Алексеевич?

– Да какие у нее враги, Максим?! Она… посмотри на нее! Цветок ромашка она, а ты говоришь – враги.

– Тем не менее вы почти стали вторым трупом во всей этой милой истории. Случайность спасла. Вы это осознаете?.. Или не очень?

Федя Величковский подошел и осторожно тронул начальника за плечо. Он не понимал, из-за чего тот так взбеленился. Озеров не обратил на него внимания.

– Если мы не поймем, что происходит, он вернется и доделает дело, то есть убьет. Я не знаю, сожжет вас или, может, зарежет.

– Ты… полегче, Максим, – хмуро попросил сосед."

"– Куда уж легче, – все сильнее заводился Озеров. – Федь, не сопи! Ляля, а вы не выпучивайте на меня глаза! Я не говорю ничего сверхъестественного! Вам отведено определенное место в спектакле. Вы играете какую-то роль, по всей видимости, жертвы. Вам в кабинет подкинули ключи Верховенцева, примитивный ход, согласен, но если бы Федя не дул постоянно чай, я бы не знал, что накануне в вашем буфете не было никаких ключей! Это первый эпизод.

Она помолчала, рассматривая Озерова, потом выговорила медленно:

– Я?.. Заведую литературной частью. Читаю книги и рукописи. Зарплату получаю в кассе. Всю жизнь живу здесь.