Северная корона. По звездам

Она даже оставила Стасу номер своего телефона, что делала крайне редко, а обладатель обаятельной улыбки пообещал Нике, что пригласит ее в одно классное местечко – он, как оказалось, занимался в свободное время скалолазанием, да и вообще имел кучу хобби – например, играл на гитаре в собственной группе.

Правда, как чуть позднее оказалось, их гипотетическим свиданиям так и не суждено было произойти. Естественно, кое-кто постарался ограничить Нику в контактах с другими молодыми людьми, и этого кого-то звали Сашей.

– У тебя ведь девушки нет? – спросила на всякий случай довольная Ника, сидя вдвоем со Стасом на диванчике за столиком.

– Естественно, нет. Стал бы я знакомиться с кем-то, если бы у меня была подружка? – пожал плечами тот. Конечно, Стас не был так накачан, как его друг-боксер, но фигура его Нику полностью устраивала: достаточно широкие плечи и сильные руки, предплечье одной из которых обвивала замысловатая черная татуировка-надпись, выглядывающая из-под рукава футболки.

– А почему ты задаешь этот вопрос? У тебя кто-то есть? – спросил Стас.

– Нет, я одинока и в своем одиночестве несчастна, – с улыбочкой отвечала ему Ника. Флиртовать она умела – это даже как-то само собой получалось порой, главное, чтобы нужное настроение было.

– Давно одна?

– Давно, – кивнула Ника, покачивая черной лакированной туфелькой на высоком каблучке с красной подошвой в такт техно-музыки, которая так и звала народ в свои жесткие электронные объятия, то и дело бьющие электрическими разрядами в чьи попало сердца. – А ты?

– Не знаю, давно ли это для тебя или нет. Полгода, – глядя на ее раскачивающуюся туфлю, отвечал Стас. – Из-за чего расстались? Или это секрет?

– Что тут секретного? Он просто уехал.

– А-а-а, – догадался Стас, – любовь не выдержала расстояния?

– Что-то типа того. А ты почему со своей расстался?

– Изменила, – коротко отозвался парень, и в его голубых – как и у самой Ники – глазах блеснула рассерженная молния, которая тут же скрылась в облачности из потерянности. Если глаза Карловой были ближе к цвету неба, то глаза Стаса – к стали.