Северная корона. По звездам

– Папа спит, – доверительно сообщила Никите маленькая Полина. Она громко вздохнула и печально добавила: – Мама сказала, папа будет спать долго. Правда? – И голубые глаза с надеждой уставились на парня. Полине хотелось, чтобы Никита сказал, что недолго. Тот ожиданий ребенка не оправдал.

– Правда, – сказал он. – Долго.

«Вечность», – добавил он про себя ехидно, но ребенку это вслух не сказал.

– Ты тоже принес папе цветочки? – продолжала Полина, разглядывая венок, который Кларский все еще держал в руках.

– Да, принес.

– Странные цветы, – вынес вердикт ребенок и потрогал венок. – У нас с мамой другие.

– Полина, отстань от дяди, – взяла девочку в розовом сарафанчике за руку Настя. Ей казалось, что Никита не рад такому вот знакомству с племянницей. – Никита, а вы… с вами все хорошо?

– А что, я выгляжу так, будто со мной все плохо? – спросил парень, наконец опуская венок на могилу. Ветер стал сильнее и щекотал кожу всех троих.

– Нет, я не в том смысле, – несколько стушевалась Настя, для которой Ник до сих пор был кем-то вроде странствующего бандита.

"– Нет, – до сих пор еще осознавал случившееся Кларский. Давненько ему не предлагали помощь и деньги!

– Я на машине. Может быть, я вас подвезу? – предложила рыжеволосая неожиданно.

– Было бы неплохо.

– А сколько тебе лет? – вновь активизировалась Полина, смущение которой перед незнакомым дяденькой рассеивалось. Малышку необъяснимо тянуло к Нику. И она совершенно его не боялась.

– Много, – усмехнулся Никита.

– А мне столько! – И девочка показала на пальчиках количество годков, а после пригладила ладошкой волосы, которые пушил все тот же неунывающий ветер. Он вообще не отставал от них до тех пор, пока они не покинули кладбище, а потом, когда проводил Ника, Настю и ее дочку, стал сильнее и злее – от одиночества или от отчаяния.

А Полина не отлипала от удивленного и явственно ощущающего, что что-то не так, Кларского ни на минуту, а когда спустя минут двадцать Настя, Ник и Полина оказались в машине, то она, как взрослая, уселась рядом с парнем на заднем сиденье, в специальное детское автокресло, и сказала как отрезала:

– Папин братик – хороший.

Никита промолчал, однако его губы тронула легкая улыбка, а Настя хмыкнула и, заведя свою оранжевую небольшую машинку с тонированными окнами, выехала на дорогу.