Северная корона. По звездам

Макс, узнавший о случившемся, рассердился и тут же послал своих людей на это самое кладбище, предположив, что Никки решил наведаться на могилу своего старшего братца. Он не понимал, догнал ли щенок Марта, что его выследили, или же он совершенно случайно решил заехать на кладбище, где была похоронена вся его семья. И это нужно было как можно скорее выяснить. А потому новый глава «Пристанских» возжелал, чтобы его люди как можно скорее оказались в месте последнего пристанища тел.

Те, выполняя приказ, так спешили, что на повороте, ведущем к главным воротам кладбища, где, собственно, и скрылся Никита, едва не врезались в небольшой оранжевый и явно женский автомобильчик с затемненными стеклами.

Однако спешка не дала результатов – никакого Кларского на кладбище уже не наблюдалось."

"Люди Макса в некотором недоумении топтались около могилы Марта, которая, кстати, выглядела чистой и ухоженной, такой приятной – словно там был похоронен не жестокий лидер преступной группировки, а агнец Божий. Справа от нее росла поздно начавшая цвести невысокая молоденькая сирень.

Слева – какие-то цветочки с полураскрытыми светло-желтыми бутонами. А над ней высился необыкновенный, даже изящный надгробный памятник из черного гранита – умиротворенный ангел с закрытыми глазами и с одним крылом, поднявший руку вверх, к невероятно высокому в этот день небу. Под темным ангелом лежали свежие цветы – розы, как ни странно, а еще пара венков: несколько огромных, запыленных, старых, но сохраняющих еще достойный вид, и один новый, без единой надписи на черной скорбной ленте, но дорогой и красивый, из настоящих цветов. Такие венки грех дарить мертвым людям – не все живые получают в подарок подобную красоту.

– Его тут нет, но, кажись, был. Свежие цветы и венок лежат, – ежась на холодном, норовящем забраться под одежду ветру, который за пределами кладбища не наблюдался, сообщил один из прибывших на кладбище Максу по мобильнику. Один из парней небрежно пнул роскошный венок, помяв несколько цветков, при этом гадко ухмыльнувшись и выругавшись.

Его более почтительно относящийся к мертвым «коллега» постучал пальцем по лбу пальцами:

– Ты че делаешь? Ты, типа, на кладбище, а не в баре.

– Иди ты, – отмахнулся молодой человек. – На кладбищах бухают не меньше.

– Если бы Март видел, что ты пинаешь его венки, он бы тебе этот венок в задницу засунул, – проворчал второй парень, которому довелось видеть пару раз легенду преступного мира, коей Андрей стал за последние пару лет.