Семена Апокалипсиса. Книга 9

Возможно в фольклоре будет что-то интересное.

Бродя по рынку, он осознал некоторую прелесть в полной разобщённости и отсутствии навигации. Вошедший сюда не знал, что и где увидит. Из-за этого хотелось оставаться здесь и смотреть, смотреть, смотреть…

Именно за этим делом его и застал Шаффет.

– Ну что, как тебе? – усмехнулся напарник, посмотрев на заинтересованно ходящего от прилавка к прилавку игрок.

– Здесь определенно стоит провести время, – довольно прищурился порталист. – Занятное место.

– А то! – усмехнулся тот. – Ладно, я возвращаюсь в башню. Ты со мной?

Артём не стал возражать, хоть его аппетит и интерес к этому месту был значителен. Однако у него оставалось еще много дел и вопросов, которые требовали возвращения. События вокруг начинали закручиваться в один тугой ком, стянувший в себе судьбы множества могущественных сущностей и их интересов.

Глава 23

«…Убийца Ларнезия своей последней атакой вызвала ядовитую бурю, что уничтожила всё население мира Рандаль.

– Так, тоже не то, – Артём мысленно закрыл кристалл и перешёл к следующей истории.

Он сидел в своих покоях и просматривал местный эпос, что оказалось довольно занимательным делом. В отличие от земной литературы, инфокристаллы позволяли быстрее получать данные, дополняя их визуальными образами. Это делало изучение чужой культуры более увлекательным и быстрым занятием.

Артём изначально собирался быстро все посмотреть в поисках нужного, но проникся и стал изучать все подряд.

Сказки или легенды в основном представляли собой жизнеописания тех или иных адептов. Их герои переживали такие ситуации и события, что никакой фантазии и выдумки не требовалось. Все и так было чертовски невероятным и интересным.

Во главу угла ставили такие добродетели как защита своих интересов и результативность действий.

Интересы разных существ пересекались, порождая конфликты. Конфликты, в свою очередь, создавали множество жертв. Иными словами, насильственное лишение жизни в глазах местных было частью миропорядка.

Подобное можно считать беспрецедентной жестокостью, но Артем в этом видел честный подход.