Счастье на десерт

Толпа зашаталась, и волки с волчицами друг за другом начали опускаться на колено, склоняя головы.

Полминуты — и перед особняком Ардарского не осталось ни одного стоящего оборотня.

Стефания выдохнула — надо же, она в одиночку смогла укротить несколько сотен волков и волчиц!

Клан признал её Луной стаи…

В это мгновение, словно подтверждая её право на статус главной волчицы стаи, тучи разошлись, и в прорехах туч показалось ночное светило. Холодный, призрачный луч скользнул по стылой земле, подсветил стены дома, пробежался по головам коленопреклонённых оборотней и выхватил из темноты, залил светом фигуру Стеши.

*берсерк — яростный, жестокий, неконтролируемый оборотень, застрявший в полуобороте. Считается, что он постепенно теряет человеческий разум, превращаясь в машину для убийств, поэтому берсерков обычно ликвидируют.

Глава 30

С Верховным не спорят.

Борис мысленно скрипнул зубами, но внешне оставался спокойным и сосредоточенным.

Чего не скажешь о Соло.

Пока мужчины одевались и выходили наружу, в промозглую стынь поздней осени, волк Ардарского изо всех сил пытался привлечь внимание Бориса.

Его можно было понять! Зверь спарился со своей самкой, отметил её, но не получил ответного укуса. Обряд получился незавершённым, а перестройка организма уже началась.

Инстинкт вынуждал волка бежать к своей паре, а долг перед сородичами и приказ Верховного заставляли отложить личные дела на потом. Полный раздрай, не удивительно, что зверь сходит с ума! Он и сам еле держится…

Волков вышел первым, покосился на Бориса, и широко шагая, отправился за околицу посёлка, к поджидавшему там вертолёту.

— Хорошая птичка, — нарушил молчание Андрей Антонович. — Мигом доставит, куда надо.

И резко остановился. Так, что шедший в арьергарде Ардарский едва не налетел на его спину, только в последнее мгновение сумев избежать столкновения.

— Уйми своего волка, иначе это сделаю я, — неожиданно жёстко бросил Верховный.

— Я угомоню его, — пообещал Борис, мысленно отвешивая оплеуху второй ипостаси.

«Ты что творишь?! Не позорь нас, заглохни и сиди тихо! Альфа ясно сказал — до завершения Совета мы никуда не едем!»

Соло горестно взвыл, напоминая, что Дея сейчас в уязвимом состоянии.