Счастье на десерт

У Стеши перехватило дыхание, внизу живота снова начало скапливаться тягучее, как мёд, и такое же сладкое томление. Невыносимо хотелось, чтобы Борис не ограничился поглаживанием и уже…"

"Девушка остатками сознания цеплялась за постепенно ускользающий от неё здравый смысл. В отчаянии она плотно сдвинула бёдра, зажимая руку Ардарского, и стало только хуже. Вернее, лучше, но ведь именно этого она и пыталась избежать?!

А-а-а! Они что, сейчас снова?! И нет сил устоять, нет сил оттолкнуть…

Между тем Борис закончил намыливать и, развернув жену к себе лицом, принялся водить мочалкой уже по её груди.

Если бы волк второй рукой не поддерживал её, она не удержалась бы на ногах, настолько чувственно и остро воспринимало тело Стеши мужские прикосновения. То ли недавний оргазм способствовал, то ли это происки Деи, но девушка буквально изнемогала от желания. Ещё немного, и она начнёт умолять!

Кусая губы от накатывающих волн возбуждения, Стефания несмело посмотрела на мужа, ожидая что угодно, но не равнодушия в его глазах.

На лице альфы замерло странное выражение, будто он выполняет сложную и важную работу, а не ласкает привлекательную женщину: челюсти сжаты, лоб пересекают две морщины, взгляд тяжёлый и какой-то расфокусированный.

Если ему настолько неприятно её касаться, то зачем он это делает, мучая себя? И её тоже…

«Да сделай уже что-нибудь!!! Борис!!! А-а-а!!! Ты куда?!»

Она ничего не понимала — Ардарский едва не довёл её до оргазма, но в последние мгновения, когда Стешу уже трясло от предвкушения приближающейся разрядки, волк отстранился.

— Дальше сама справишься. Освободи ванну, мне тоже не помешает ополоснуться, — незнакомым, каким-то севшим голосом произнёс альфа. — Иди к себе, там довытираешься.

— А как же я?

Стефания не удержалась, чтобы сквозь рвущуюся обиду и неутолённый, гуляющий по телу огонь, не напомнить, что на этот раз волк не довёл дело до конца.

И ей от этого довольно плохо.

— Ты? — на мгновение задержал на ней взгляд альфа. — Посидишь два часа в своей спальне. Отдохни, поспи, что ли. Ночь предстоит бессонная. И да, я запрещаю тебе кончать!

— Что?! — у неё вышло «что-ох»?!

— Не смей ласкать себя, поняла? Я не шучу!

И по лицу Бориса она видела — не шутит.

Но внутри всё сворачивалось, скручивалось в спираль, доставляя почти болезненные ощущения.