Само совершенство. Том 1

Темные брови Зака приподнялись в немом вопросе:

— Может быть, ты сможешь пояснить мне это на более конкретных примерах?

— С удовольствием, — ответила Джулия, делая вид, что не замечает в его словах никакого сарказма, — я сказала это, потому что ты сделал вид, что ревнуешь, а потом еще и притворился, будто никогда ранее не испытывал этого чувства. И это при всем при том, оба мы прекрасно понимаем, что я — наименее привлекательная из всех тех женщин, которых ты когда бы то ни было решался удостоить своим вниманием.

Джулия слишком поздно сообразила, какое странное и неадекватное воздействие оказывают на него ее слова, а потому попыталась предпринять последнюю, отчаянную попытку спасти положение:

— Полагаю, что мне все же не следовало быть столь прямолинейной.

— Моя очередь что?

— Твоя очередь сказать мне, что я была очень грубой и противной.

— С удовольствием. Тем более что это действительно так. — Зак остановился, и Джулии понадобилось некоторое время, чтобы собраться с силами и посмотреть ему в глаза.

— Ты рассердился на меня?

— К сожалению, даже в этом я не могу быть полностью уверенным.

— Что ты хочешь сказать?

— Я хочу сказать, что там, где дело касается тебя, я не могу быть ни в чем уверенным, начиная с полудня сегодняшнего дня.

Он говорил так странно… и казался таким растерянным, что Джулия невольно улыбнулась. Ее неожиданная веселость была вызвана мыслью о том, что вряд ли какой-то женщине, даже самой красивой и элегантной, удавалось вызвать в этом непроницаемом человеке такое смешение чувств. Она не понимала, каким образом и почему это удалось именно ей, но испытывала при мысли об этом странную гордость.

— Кажется, — сказала она, — мне это начинает даже нравиться.

— К сожалению, не могу ответить взаимностью, — довольно резко ответил Зак.

— Жаль.

— Честно говоря, мне бы очень хотелось прояснить некоторые детали в наших отношениях. А именно — что происходит между нами и что мы хотим, чтобы между нами происходило. — Зак понимал, что говорит какие-то совершенно глупые и непонятные вещи, но пять лет заключения и недавняя мучительная поездка неумолимо делали свое дело.