Само совершенство. Том 1

Перебрав в уме несколько возможных тем, он нехотя отбросил такие интересующие его предметы разговора, как ее красивое тело, потрясающие глаза и — неохотнее всего — те слова, которые она шептала ему там, у ледяной речки. Подумав об этом, Зак вспомнил и то, что она говорила ему позднее, в спальне, когда он не мог стряхнуть с себя сонное оцепенение и ответить. Теперь он был почти уверен в том, что все эти слова не предназначались для его ушей. Или же просто ему померещились. После недолгих размышлений Зак решил остановиться на разговоре о школе и учениках — ему нравились истории, которые рассказывала Джулия.

Он как раз собирался задать первый вопрос, когда вдруг заметил, что Джулия как-то странно, с любопытством смотрит на него.

— Что ты на меня смотришь?

— Мне просто вдруг стало интересно — в тот день, возле ресторана, у меня действительно спустилось колесо? Зак с трудом подавил виноватую улыбку.

— Ты же видела это собственными глазами.

— То есть ты хочешь сказать, что я наехала на гвоздь или еще на что-нибудь, проколола колесо и даже этого не заметила?

— Не совсем.

 — Теперь он был уверен, что Джулия заподозрила истину, но при этом ее лицо сохраняло настолько безмятежное выражение, что было невозможно определить, действительно она играет с ним в кошки-мышки или нет.

— Тогда что же, по-твоему, произошло?

— По-моему, твое колесо спустило, скорее всего, оттого, что соприкоснулось с каким-то острым и твердым предметом.

Покончив со своим рагу, Джулия откинулась на спинку дивана и устремила на Зака один из тех ровных, суровых взглядов, которые способны мгновенно устыдить и заставить раскаяться в содеянном даже самого отпетого восьмилетнего сорванца.

Теперь Зак мог совершенно точно себе представить, как она выглядит, стоя у доски и распекая малолетнего правонарушителя."

"— Острым твердым предметом? — переспросила она, удивленно приподнимая брови. — Типа ножа?

— Типа ножа, — согласился Зак, из последних сил стараясь сохранять серьезность.

— Твоего ножа?

— Моего, — подтвердил он и добавил с озорной мальчишеской улыбкой, стараясь подражать запомнившейся еще со школы монотонной интонации, — простите меня, пожалуйста, мисс Мэтисон.

Джулия тотчас же подхватила предложенный им тон и смешным, «учительским» голосом сказала:

— Я надеюсь, что ты починишь проколотую тобой шину, Зак. Он был готов расхохотаться, но в последнюю секунду смех застрял в горле — настолько сильным оказалось потрясение и радость от того, что она наконец-то назвала его по имени.