С молитвой о тебе

Но Крайнов, напустив загадочности, заинтриговав Глашку скорым знакомством и успокоив маму, расстроившуюся, что она при этом присутствовать не будет, откровенно сбежал от женщин в единственно возможном направлении — в лес, исполнять свои обязанности добровольного дружинника. Извините, дамочки, не в этот раз!

В предвкушении встречи в нем все звенело, он улыбался даже во сне! От чувственных воспоминаний, предательски подкрадывающихся, когда им вздумается, Крайнова, как мальчишку, кидало в жар с весьма ощутимыми процессами в паху, а от планов‑мечтаний на предстоящие выходные и того хлеще — размаривало совсем.

— Кир, — тихо позвал Крайнов и осторожно погладил ее по щеке.

— У‑м‑м… — отозвалась она, не сразу проснувшись.

— Мы подъезжаем, посмотри, здесь очень красиво, — будил он ее.

Кира открыла глаза, села прямо, поежилась ото сна и посмотрела вперед, через лобовое стекло, куда указал Николай.

Машина шла по прямой, как струна, дороге через заснеженное поле, а впереди возвышались два огромных, очень высоких и покатых холма, словно братья‑близнецы, на самом деле похожие на форпост, на безмолвных стражников.

Потрясающая картина! Необъятное, бескрайнее белое поле и горы, внезапно вставшие из‑под земли мистическим образом.

Завораживающее зрелище!

Ночь стояла лунная, особенно звездная здесь, в диком поле вдали от свечения городского, небо без единого облачка, словно природа, покуролесив на прошлой неделе, наигравшись ветрами и снегом, преподнесла в дар спокойствие и небесную чистоту.

— Это… — восторженным шепотом протянула Кира, — как волшебство какое‑то! Слов не подберешь! Как органная музыка Баха!

— А за холмами начинается другая красота, — поддал интриги Крайнов, умиляясь ее восторгу.

— Я теперь понимаю, почему так много разговоров о мистике этих мест, — подавшись вперед к окну, стараясь ничего не упустить, заметила Кира.

На въезде они остановились у основательного домика охраны, из которого выбрался мужик в тулупе и быстренько стал поднимать шлагбаум.