С молитвой о тебе

«С молитвой о тебе!»

Эта обезьянка до сих пор у него хранится, она прошла с ним все реабилитации, все лечение и восстановление и стала неким тайным символом исцеления, победы, приняв на себя и слезы, и вой, и много чего… — эта обезьянка и светлые воспоминания.

И когда Кира, рассказывая, как переживала за него, не упомянула, что приходила в больницу и передала этот подарок, Николай почувствовал разочарование и недоумение. Словно его обманули. Это странно, наверное, звучит, но обезьянка ассоциировалась у него только с Кирой, со всем лучшим, настоящим, во тьме отчаяния и боли он подсознательно цеплялся за самые сильные и счастливые воспоминания, как за точку опоры.

А выяснилось, что это не от нее! Неприятное ощущение! Как будто обманули в чем‑то очень значимом.

— Кира, — тихо позвал Коля, не успев и сам сообразить, что делает.

— Да? — чуть помедлив, ответила она.

— Ты приходила ко мне в больницу? Ну, тогда? — И напрягся в ожидании ответа.

— Да, — еще раз помедлив, ответила Кира.

— Та обезьянка была от тебя?

— Да, — в третий раз сказала она, — и букет васильков.

— И записка, — растекся улыбкой Николай, — «с молитвой о тебе».

— Да, — повторила она.

«Все правильно!» — подумал Коля, чувствуя, как теплой волной прокатило по телу расслабление.

Ожидая родителей, Крайнов позвонил Славе, который работал на местном областном телевидении оператором и был заядлым охотником и рыбаком. К Николаю Слава относился чуть ли не как к гуру — с восторженным почитанием.

— Слав, привет, не разбудил?

— Что вы, Николай Алексеевич! — обрадовался Слава.

— Вот и хорошо. У меня к тебе просьба, Слав.

Он изложил суть проблемы, дал телефон Киры, чтобы они могли сами обсудить все детали, и напоследок поинтересовался:

— Слав, сколько это будет стоить?

— Да вы что, Николай Алексеевич! — возмутился Слава — Ничего не надо, Верочка, наш ответственный редактор, из этого еще новостной репортаж сделает!

— Ну, хорошо, — порадовался он такому решению. — Если возникнут какие‑то вопросы с Кирой Васильевной, ты звони мне.

— Да все сделаю в наилучшем виде! — бодро пообещал Слава, и они попрощались."

"Дорога, как и ожидалось, была сложной, снегоуборочные машины только выезжали на трассу, не особо и торопясь разгребать последствия стихии. Николай вел машину осторожно, но скорость держал приличную. Родители что‑то весело рассказывали, но он не слушал, улыбался воспоминаниям.