С молитвой о тебе

— Дальнейшие действия?

— Есть место одно в пригороде, я там поживу.

— Надежное?

— Абсолютно, — уверила Кира.

— Так, на электричке доедешь до ближайшего города в сторону Москвы, из него до следующего, тоже на электричке, оттуда позвонишь мне, а там разберемся, как действовать. — И вздохнув, мягким голосом сказал: — Держись, маленькая, ты молодец, ты справишься.

— Я держусь, дядь Ром, держусь.

Она вытащила аккумулятор из сотового, сим‑карту, сложила ее пополам и сломала. Завернула в полотенце телефон и расколотила его молотком для отбивных — теперь, даже если ее поймают, никто не узнает номер Николая.

Надела платок‑паутинку и перевязала крест‑накрест, закрепив сзади узлом, прикрыла посильнее щеки, натянула до самых бровей берет, залезла в боты, с трудом уже наклоняясь и сгибаясь от шмотья.

Пальто село, как ни смешно это звучит, идеально! Ничего, на улице мороз за тридцать, не упарится!

Варежки многослойные, тех же преклонных потертых лет, все с той же барахолки, что и остальной камуфляж.

Закрыв дверь на оба замка, Кира направилась было к черному ходу, когда услышала резкий визг тормозов у подъезда — все, она опоздала!

И побежала по лестнице наверх! Побежала — это слишком сильно сказано: кое‑как, враскорячку на негнущихся ногах, волоча за собой тяжелую сумку‑каталку, прошкандыбала до межэтажного пролета, когда услышала, как кто‑то вбежал в подъезд и загрохотал по лестнице наверх.

Кира жила на втором этаже дома без лифта.

Она видела через перила, как двое мужчин звонят в ее дверь, а один даже стучать кулаком принялся. Один из них, высокий, был уже знаком, он дежурил под дверью ее класса. Так, отсиживаться тут нельзя, могут заметить и неправильно понять…

Кира не чувствовала никакого страха, лишь постоянный, начавшийся еще во время разговора с незнакомцем по телефону холод, замораживающий внутренности, и злость на этих гадов мерзких!

И она начала спускаться по лестнице, изображая старуху, даже сгорбилась и тяжело переступала ногами — бочком, ступенька за ступенькой и тащила за собой тележку, громыхавшую колесами на каждой ступеньке.

Незваные визави резко обернулись на звук.