Путь Стаи (СИ)

Корабль переваливался с боку на бок, словно неуклюжий хряк, валяющийся в грязной луже, черпая воду то одним, то другим бортом. Вода с палубы хлынула Динке под ноги, перехлестнув через высокий порог кубрика.

— Пошла вон! — подбежавший матрос грубо оттолкнул Динку, с усилием закрыл дверь и принялся закручивать замок.

— Совсем ополоумела! — заорал он на растерявшуюся Динку, как только справился с дверью. — Не слышишь, чего тебе говорят?

— Не ори на нее! — внезапно перед Динкой выросла спина Штороса, загородившая ее от разъяренного матроса.

— А ты приструни свою девку, чтобы она не… — попытался было огрызнуться матрос, но тут же захрипел и задрыгал ногами, подхваченный сильной рукой за горло и вздернутый над полом.

— Последний раз предупреждаю, — прорычал Шторос, глядя в выпученные от страха глаза матроса. — Еще одно слово или взгляд в сторону этой девушки, и твоя бездыханная туша отправится на дно кормить рыб.

Матрос рухнул на пол, цепляясь за свою шею и надсадно дыша.

— Пойдем, — скомандовал Шторос, разворачивая Динку за плечи и задавая ей направление легким тычком между лопаток.

Глава 8

В кают-компании, куда они пришли, царила беззаботная атмосфера. Матросы ели, пили, смеялись, во что-то играли. Как будто и не бушевала вокруг их корабля безжалостная стихия, швыряя его по поверхности моря, словно щепку.

Остальные варрэны тоже были здесь, удивительно гармонично влившиеся в суровый мужской коллектив судна. Тирсвад под одобрительные возгласы зрителей метал звездочки в импровизированную мишень из разделочной доски, укрепленной на стене и размалеванной корабельной краской.

— Привет Динка! Выспалась наконец-то? — к Динке подскочила Лада и, подхватив ее за руку, потащила к столу, за которым громко стучали кости и раздавался густой мужской хохот.

Динка обернулась на Штороса, но его рядом уже не было.

— Пойдем с нами, поиграем, — не отставала Лада, и Динка неохотно позволила себя подвести к столу с игроками.

— Как вы можете так спокойно играть, когда за бортом творится такое? — спросила она Ладу скептически глядя на бросавших кости моряков. То, что весь корабль ходил ходуном, придавало игре особую остроту. Едва упавшие на один бок игральные кубики в следующую секунду могли покатиться в другую сторону и выдать совсем другой результат.