Проданная невеста

Лицо мужчины в один момент стало маской, и ее взрезала такая же неживая кривая ухмылка:

— Конечно, уж он-то умеет завоевать и доверие, и любовь, и все что угодно! Манипулировать другими"

"-его несомненный талант. Еще с детских лет. Он добивается всего, чего ни пожелает. И ему даже принуждать никого не надо — всегда повернетдело так, что все само плывет ему в руки. Вот только как трон упустил — никак понять не могу! Но, может быть, у него уже заготовлено с десяток способов прикончить меня. И, уж будь уверена, его в убийстве никто даже не заподозрит.

Стоя за дверью, Блайвор в досаде стиснул кулаки. Здесь, возле двери, они с Риндалем и столкнулись. Тот предложил дежурить возле жертвы приведения по очереди, а чтобы определить, кому это делать сегодня — сыграть «в перстенёк». Это когда один незаметно поворачивает перстень на пальце так или иначе и, накрыв его другой рукой, показывает второму. Он должен угадать, обращен ли камень к тыльной стороне ладони или к внутренней.

В общем, Риндаль угадал.

И теперь Блайвору ничего не оставалось, кроме как слушать «лестные» речи братца. Он даже войти не мог, потому как нарушил бы уговор.

— Брось, я не думаю, что Блайвор способен на убийство, — возразила Вика. — К тому же, мне кажется, его вообще не слишком интересует власть.

Риндаль усмехнулся:

— Власть — может быть. А вот замок. Да он за одну только торнхолдскую лабораторию прикончит кого угодно! Он же маг до мозга костей. С детства сутки напролет посвящал науке и экспериментам.

Давно уж всех учителей превзошел. Даром, что отец не успел передать Блайву знания — уверен, он уже и его превзошел! Хотя Виллмар был сильнейшим магов Иннарии. И, между прочим, это его замок. Так что Блайвор наверняка считает, что имеет на Торнхолд все права. А кроме того, при инициации Король Волков получает особые способности, недоступные больше никому в мире. И ты думаешь, Блайвор спокойно упустит все эти возможности?!

В глазах Риндаля полыхало яростное пламя — отражение давней непримиримой вражды.

— За что ты его так ненавидишь? — спросила Вика. — Ведь дело не только в борьбе за власть.

— Не только, — мрачно подтвердил Риндаль. — Эта тема вообще встала лишь после оглашения завещаний, а до того никто и помыслить не мог, что Гонтон оставит трон одному из нас. Но ненавижу я этого манипулятора действительно давно. Он у меня отца отобрал!

— Как это? — опешила Вика.

Риндаль молчал с полминуты, устремив в потолок невидящий взгляд.