Проданная невеста

И дело было не только в истории про сорок плетей, которые Кворн вынес из-за Наташиной дурости.

В каждом взгляде обоих мужчин на его дочерей Станислав ловил нечто такое, что исключало саму мысль возможности применения ими физической силы, о каких-то неуважительных действиях."

"В любом другом случае Станислав ещё хорошенько подумал бы, прежде чем одобрить брак дочери с будущим королём. Тут ведь однозначный мезальянс, в котором девушку не ждет ничего хорошего — лишь унижения и вечные указания на неподходящее для королевы происхождение.

Однако Блайвор заверил его, что ничего подобного Вике не грозит, и Станислав не видел повода думать иначе. По одной простой причине: в стремлении иномирянина сделать Вику счастливой можно было не сомневаться, это желание опять же читалось в каждом его взгляде на нее. Мужчина, любящий столь сильно, просто не мог обречь избранницу на тяжкую долю.

А что касается Кворна, его любовь и вовсе сотворила чудо: слепила любящую и преданную женщину из безнадежной сумасбродной эгоистки. Станислав совершенно не понимал, как это удалось мужчине из другого мира — сам он давно потерял всякую надежду исправить в дочери хоть что-то.

Но факт оставался фактом: сейчас перед ним сидела идеальная Наташа. За два часа она не закатила ни одной истерики, даже губы ни разу не надула, не предъявила ни единой претензии. Лишь млела от каждого взгляда своего возлюбленного и, что самое фантастическое, абсолютно не завидовала сестре, хотя между Викиным королём и её конюхом лежала настоящая социальная пропасть.

Раньше Наташа сошла бы с ума от зависти, если бы Вика выходила замуж за старшего конюха, а она за рядового. Впрочем, если по чести, сама бы она в сторону конюха и не взглянула — каким бы замечательным мужчиной он ни был. А теперь с восторгом рассказывала, как Кворн помогал ожеребиться кобыле, как вдохнул жизнь в почти мёртворождённого коняшку.

— Поженимся мы в середине весны, это где-то пять месяцев спустя, — сообщил Блайвор. — Но через две дня состоится моя коронация. Я хотел бы пригласить вас.

— Блайв, может, не стоит? — одними губами прошептала Вика, пнув его под столом.

— Почему ты считаешь, что родители моей будущей супруги не должны присутствовать? — изумился иннариец.

— Да я не о том… — она бросила смущенный взгляд на отца. Но теперь уж надо было объяснять. —

Просто я не уверена, что папа, а тем более, мама готовы узреть королевскую ипостась.

Блайвор беззвучно рассмеялся.

— Что за королевская ипостась? — поинтересовался Станислав.