Проданная невеста

Почему же она вовсе не подумала, что жизнь в родительском гнездышке будет без Кворна?!

Шопинг, шмотки, клубы — так ли ей нужно всё это, когда у нее не будет главного: мужчины, любящего ее всем сердцем, любимого мужчины? Она ведь, по правде говоря, уже дня себе без Кворна не представляла! Без его душевного тепла и его восхитительного тела, без его горячих ласк и мудрых слов.

Второго такого как Кворн никогда не встретить. И для кого ей там наряжаться — для какого-нибудь очередного Антона, которому нет разницы кто под боком, лишь бы у кормушки зацепиться? Или для очередного мажора, прожигающего отцовские деньги и свою жизнь?

На Земле ее ждет лишь одиночество — пусть даже в достатке и папиной заботе.

Очнувшись от раздумий, Наташа посмотрела на Кворна. В карих глазах застыло ожидание приговора. И он тоже не сможет без нее.

— Конечно, я выйду за тебя, — улыбнулся она. Ужасно хотелось побыстрее стереть из его глаз, а главное, из сердца уже прописанный там смертный вердикт их отношениям.

— Правда? — всё-таки не поверил он.

Видать, уж слишком долго она размышляла.

— Кривда, — съязвила девушка.

Кворн засмеялся, подхватил ее за талию и закружился вокруг своей оси. Наташа визжала, радостно кричала, вовсе не заботясь, что его поведет, и они упадут. Она была пьяна его счастьем, да и у самой гора с плеч свалилась, когда приняла наконец решение. А еще поняла, что в глубине души мечтала, чтобы он сделал ей предложение.

И вот мечта осуществилась. А работа здесь… Быть может, Блайвор еще сжалится над ней и предложит что-нибудь более женское. Правда, в этом случае они с Кворном будут видеться лишь по вечерам, тогда как сейчас могут быть вместе целыми сутками. Да и не поручает ведь ей возлюбленный особо тяжелой работы.

Возвратившись в замок, они отдали находку Блайвору. Наташа рассказала, как снять отпечатки с пузырька при помощи сажи, кисточки и подсохшей полоски бумаги с клейстером.

Леди, правда, кричала, что ничего эта их бредовая затея не доказывает. Однако на пузырьке обнаружились два комплекта отпечатков, и одни из них действительно совпал с Латониными. Вторые, похоже, мужские, наверное, принадлежали Оузету. По крайней мере, изготовил вещество в пузырьке опять он.

Только это оказалась не отрава, а, напротив, противоядие — к тому самому яду, которым отравили Риндаля и двух его придворных.