Пожарный СССР. Начало (СИ)

Как тебя зовут?

— Сашка…

— Саня! Сейчас я кину тебе эту веревку, продень край через нижнюю щель, затем вытяни наверх и брось обратно мне. Понял?

Тот закивал, снова оглянувшись внутрь горящей квартиры. Ниже по улице я увидел движущуюся в нашу сторону пожарную машину. Пока доедут, пока развернутся. Но главная проблема — перерытая дорога. Вот же черт!

Заметил, что рабочие тащат какие-то доски, видимо будут пытаться сделать проезд для пожарных.

Со щенком на руках, вряд ли он сможет сделать то, что я хочу.

— Бросай щенка мне! — крикнул я, едва сдерживая кашель.

Тот покачал головой.

— Бросай, я поймаю. Иначе оба погибните!

Поколебавшись, тот вытянул руки, посмотрел на лохматого зверя. Затем аккуратно размахнулся и бросил. Щенок взвизгнул, но я ловко поймал его и тут же сунул в какую-то корзину, стоящую на балконе. Так, с первым все хорошо. Теперь нужно было вытаскивать мальчишку.

— Бросаю веревку!

Не мешкая, швырнул конец веревку мальчику — к счастью, он ловко поймал ее.

Далее сделал как надо, при этом кашляя и путаясь в одеяле. Из комнаты летели искры, был слышен треск горящей мебели. Времени очень мало. Краем глаза заметил, что пожарная машина пыталась перебраться через перекопанную дорогу.

Что ни говори, а пожар, это всегда страшно и не важно, в чьем доме он случился! Психологически это очень тяжело. Гадать, почему мальчик один дома, времени не было. Сначала вытащить, а уже потом все остальное.

В действительности, все происходило куда быстрее, чем я описываю все это.

Каждая секунда — решающая.

Мальчик перекинул мне веревку. Я натянул ее, закрепил.

— Так, бросай одеяло и становись на нижний край, а руками держись за стену и за верхний край. Я тебя подстрахую.

Тот застыл в нерешительности. Видимо понял, что выбора нет. Но разве просто на такое решиться?

А он решился. Благодаря тому, что у детей притупленное чувство осознания опасности, это не стало проблемой.

Заметно нервничая, он сбросил одеяло, неуверенно перелез через борт.

Люди внизу охнули — там уже собралось несколько человек, в основном жители дома. Женщины прикрыли рты руками — заохали, запричитали. Конечно, кто-то осудит мои действия, кто-то наоборот. А тогда думать было некогда — сложившиеся условия совсем не располагали. Что первое в голову пришло, то и сделал.

Некоторые внизу помогали старикам, другие таскали ведра. Кто-то пытался давать нам советы, царила неразбериха.