Повитуха из другого мира. Я (не) твоя пара, дракон!

Совсем скоро они пробьют пять часов, и дверь в квартиру откроется. Мне хотелось верить, что хоть сегодня у нас будет праздник. Мне ведь целых шесть лет, в следующем году в школу пойду. Я мечтательно зажмурилась, подставляя лицо солнечным лучам.

— Чего улыбаешься, а? Весело тебе, да? — донёсся до меня злой голос бабушки.

Она стояла на пороге комнаты, держа в руках сумку. Родные глаза с ненавистью смотрели прямо на меня, отчего я испуганно сжалась. Почему опять она злится? Сегодня ведь такой день…

Вздрогнув, я ощутила, как из глаз льются слёзы.

Смахнув их рукой, до боли прикусила губу. В тот день мне доступно объяснили, почему в день рождения нельзя радоваться. Следы бабушкиных «объяснений» ещё долго сходили с моей спины и попы, отпечатавшись в памяти. Я долго просыпалась по ночам, тихо плача в подушку. Долгие годы мне пришлось прожить с мыслью, что я погубила собственную семью, и, лишь поступив в медицинский, я осознала, насколько была не права. Моей вины там не было, только вот для бабушки это не значило ровным счётом ничего.

Глава 4"

"Ночь не задалась. Почти до восхода солнца я проворочалась на жёсткой кровати, в попытке найти позу поудобнее. Уснула, лишь выбившись из сил, а проснулась от громкого крика снаружи. Не успела я открыть глаза, как двери моей комнатушки распахнулись, впуская красную от гнева экономку. Сонно моргая, я с удивлением увидела в её руках тонкий прут. За долю секунды эта тучная женщина преодолела расстояние до кровати и хлёстко ударила по моим ногам.

Я вскрикнула от боли, моментально сбрасывая остатки сна.

Боль опалила мои бёдра, и даже тонкое покрывало не спасло их от удара.

— Ах ты лентяйка! — гневно прокричала госпожа Брунхильда, вновь замахиваясь. — Неужто позабыла, когда нужно являться на работу?! Все трудятся в поте лица, пока она тут бока отлёживает, девка безродная!

— Ч-что такое?! — вскрикнула я, не выдержав её второго удара.

На меня уставились полные гнева глаза, напоминающие бычьи. Знаете, такой взгляд, словно растерзать готовы.

— Она ещё спрашивает! Заря давно прошла, работы полно, а ей, лишь бы поспать! — причитала экономка, но уже не била.

Женщина рывком схватила мои волосы, стаскивая с постели. Я закричала, казалось, ещё немного и волосы останутся в этих пальцах-сосисках. Голова разрывалась от боли, что пронзала сотней игл до самых пят. Я ногтями вцепилась в чужие руки, пытаясь отцепить их от волос, однако стальная хватка не отпускала.

Вытолкнув меня в распахнутые двери, Брунхильда таки разжала кулак.