Виконт, который любил меня

– Кейт! – хрипло буркнул он, дыша на нее перегаром. – Что ты здесь делаешь?

– Нет, что ты здесь делаешь? – парировала она. – До сих пор я думала, что мы живем в миле отсюда.

– Не хотел тебя беспокоить, – промямлил он.

Кейт ни на секунду не поверила мужу, но решила не спорить и вместо этого прямо спросила:

– Почему ты ушел вчера ночью?

Последовало долгое молчание.

– Это сложно объяснить, – ответил наконец Энтони с усталым вздохом.

Кулаки Кейт сами собой сжались.

– Я достаточно сообразительна, – сообщила она намеренно ровным голосом.

Энтони, очевидно, остался недоволен ее сарказмом.

– Мне не хочется вдаваться в подробности.

– А когда захочется?

– Поезжай домой, Кейт, – тихо попросил он.

– А ты? Не собираешься поехать со мной?

Энтони с едва слышным стоном взъерошил волосы. Иисусе, она вцепилась в него, как бульдог в кость. Голова его раскалывалась, во рту был металлический вкус, и все, что ему сейчас нужно, – плеснуть водой в лицо, почистить зубы… а жена, дай ей волю, начнет его пытать…

– Энтони? – упорствовала она.

Он вскочил так внезапно, что стул отлетел и с треском свалился на пол.

– Немедленно прекрати расспросы, – процедил он. Губы Кейт упрямо сжались. Но глаза… Металлический вкус во рту сменился горьким. Сознание собственной вины едва не прикончило его.

Потому что в ее глазах плескалась боль.

А мука, терзавшая его сердце, стала невыносимой.

Он не готов. Пока не готов. И не знал, что с ней делать.

Он не хотел ее любить. Черт, да он вообще не хотел никого любить. Любовь – единственное, что заставляло его бояться собственной смертности. А как насчет Кейт? Он обещал любить и защищать ее. Как можно выполнить обет, если ему придется ее покинуть? Нельзя же поведать ей о своем странном убеждении? Мало того, что она посчитает его безумным.

Или лучше, если бы она вообще его не любила?

Энтони не знал ответа. Ему необходимо время. И он не мог сосредоточиться, когда она стоит рядом и не сводит с него полных боли глаз… И…

– Уходи, – выдавил он. – Просто уходи.

– Нет, – ответила она со спокойной решимостью, заставившей Энтони полюбить ее еще сильнее.