Виконт, который любил меня

Кейт разинула рот от удивления:

– Что-то убивает меня? Вы в своем уме? Ничего меня не убивает. Это всего лишь пчелиный укус.

Но Энтони проигнорировал ее: слишком было велико стремление спасти Кейт.

– Энтони, – умиротворяюще начала она, – я ценю ваше участие, но меня не раз кусали пчелы, и…

– Его тоже кусали пчелы, – перебил он. Что-то в голосе Энтони послало озноб по ее спине:

– Кого? – прошептала она.

Он еще крепче прижал платок к месту укуса и промокнул прозрачную жидкость, сочившуюся из крохотного прокола:

– Моего отца.

Кейт не верила своим ушам.

– От укуса пчелы?

– Именно.

– Энтони, крохотная пчела не может убить взрослого мужчину.

Энтони на миг прекратил свои старания, чтобы взглянуть на нее. В глазах стыла ледяная тоска.

– Уверяю, что может, – процедил он.

Неужели он говорит правду? Впрочем, зачем ему лгать?

Поэтому Кейт не пошевелилась, поняв, что он действительно поглощен стараниями выдавить яд из ранки.

– Опухоль не спадает, – пробормотал он, снова прижимая платок к ее груди. – Похоже, часть яда осталась.

– Поверьте, все будет хорошо, – мягко сказала Кейт. К этой минуте ее гнев превратился почти в материнскую заботу. Он сосредоточенно морщил лоб, а лихорадочные движения говорили о сильном волнении. Он волнуется за нее. Безумно боится, что она упадет мертвой прямо здесь, в саду. От жала крохотной пчелы.

Энтони покачал головой.

– Всего этого недостаточно, – резко бросил он. – Нужно принимать срочные меры.

– Энтони, я… что вы делаете?"

"Он наклонил голову, словно намереваясь поцеловать ее.

– Придется высосать яд, – мрачно сказал он. – Сидите смирно.

– Энтони! – завизжала Кейт. – Вы не можете…

Она тут же осеклась, ощутив прикосновение его горячих губ, нежно, но неумолимо втягивавших в рот ее плоть. Кейт не знала, как реагировать: то ли оттолкнуть его, то ли притянуть к себе.

Но тут она случайно подняла голову. И оцепенела, превратившись в соляной столб, потому что увидела за плечом Энтони трех женщин, с потрясенным видом взиравших на происходившее. Мэри, леди Бриджертон и миссис Пенелопа Федерингтон, несомненно, самая заядлая сплетница в лондонском свете.

И Кейт отчетливо поняла, что ее жизнь необратимо изменилась и уже никогда не будет прежней.