Откровения Дженифер

– Да, но я не знала, с чего начать, понимаешь?

До известного момента Дженифер позволяла Маркосу делать с собой все, что угодно. Но когда Маркос потянул ее голову вниз, к своим ногам, она не далась. Маркос не стал настаивать, взял ее руку и положил на член, без единого слова. Сделка состоялась. Стремясь вознаградить Маркоса за то, что он не проявил силу, Дженифер начала совершать движения рукой.

– Видишь, как мне тебя не хватает, Дженифер?

Маркос положил свою ладонь сверху, направляя движения. Точно девочка, которая учится писбть, Дженифер позволила Маркосу дать ей урок того, как доставлять наслаждение мужчине.

Иногда он прижимал ладонь сильнее, и тогда Дженифер понимала, что не проявляет достаточно усердия. И она решительнее смыкала свои пальцы вокруг члена. Маркос приблизил свои губы к ее лицу и стал целовать в щеку, в ухо, в шею, в плечи. Дженифер извивалась и стонала. Оглушенная удовольствием, она пыталась сосредоточить свое сознание на происходящем. Но не могла отпустить член, поскольку Маркос нажимал все сильнее.

– Тебе не больно?

– Нет, Дженифер, не останавливайся.

В это момент Дженифер поняла, что именно было новым: ее ответственность. Этот мужчина, прижавший голову к ее груди, стонавший, будто в агонии, в буквальном смысле слова был у нее в руках. И все из-за нее, из-за изгибов ее тела, из-за дырочки между ее ног, из-за ее полных грудей, ее ангельского личика, кожи, волос, из-за ее страха остаться одной и, в особенности, из-за ее способности зачать ребенка.

– Знаешь, о чем я тогда подумала?

– О чем?

– Глупость, да и только…

– Расскажи.

– Я подумала, что я тру лампу Аладдина. А из нее вылетит джинн.

– И он вылетел?

– Не он, а кое-что другое.

Откуда-то из глубин души Маркоса донесся сдавленный вопль. А на руку Дженифер словно опрокинули целую миску с жидкой кашей.

ГЛАВА 24

Дженифер мирится со Стефанией

Дженифер и Стефания резвились, стоя под душем. Идея принадлежала Дженифер: она рассчитывала снова завоевать дружбу сестры. Из-за страшной жары в комнате оставаться было невозможно.

К тому же после пережитого возбуждения – разговор с отцом Паулиньи, пощечины Стефании – обе девушки сильно вспотели. Дженифер вошла в душевую, включила воду на полный напор, повернулась к двери и самым естественным образом пригласила сестру, которая все еще сидела, уставившись в пол.

– Стефания, давай немножко ополоснемся.

Та покорно пошла, словно приглашение Дженифер вывело ее из оцепенения, в котором она пребывала, излив на сестру всю свою ярость.