Отбор с осложнениями

Доступные девки мне давно надоели. И имя ей под стать: сильное, крепкое, с вызовом… Леди Бригитта Дракхайн… Она так меня толкнула — до сих пор плечо болит. Узнай о ней все подробности, Наглер: что любит, с кем общается, чем дышит. И про менталистку тоже. Попробую договориться через нее.

— О чем?

— О встрече вне дворца, — губы рыжего растянулись в плотоядной улыбке. — Пора распустить этот черный бутон с севера.

Эмма отпрянула от колонны и с широко распахнутыми глазами, все еще переваривая услышанное, ринулась к балкону.

Впорхнув туда, шепотом позвала подопечную. Никого. Длинное помещение было заставлено огромными цветочными горшками с растениями-гигантами. За одним из таких монстров Эмма наткнулась на брюнетку с шикарными формами, хихикающую над шутками некоего мужчины, совсем не похожего на принца.

Но Бригитты нигде не было, как сквозь землю провалилась!

В зале леди Дракхайн также не нашлось. Слова рыжего громилы о том, что Бригитта толкнула его, так и звучали эхом в голове Эммы.

Снова и снова. Но почему леди Дракхайн — всегда выдержанная и спокойная — поступила так?! Что сказал ей этот рыжий неотесанный мужлан?! Упрекнул? Оскорбил?!

Эмма почти бежала к покоям Бригитты. Мало ли до чего ее нежная, ранимая, чистая помыслами подопечная могла дойти теперь, после встречи с послом из Красхитании! А вдруг он сказал ей какое-то непотребство, обещая вскоре устроить новую встречу уже наедине?! Пораженная новой догадкой, Эмма споткнулась и едва не упала прямо в коридоре, ведущем в покои кандидаток в принцессы!

Накрутив себя до головной боли, она ворвалась в их с Бригиттой покои и, услышав шум воды из ванной, дернула ручку двери.

Заперто.

— Бригитта! — прокричала Эмма, прижимаясь ухом к преграде. — Открой. Нам нужно поговорить.

Шум воды стих.

— Это я! — Эмма снова дернула ручку. — Пусти меня, Бригитта! Что с тобой произошло? Дай мне помочь.

— Позже! — раздался хриплый ответ. — Я в порядке.

— И все-таки…

— Через минуту выйду!"

"Эмма улыбнулась: она справится.

Вот сейчас Бригитта выйдет к ней, и ее окутает ментальная волна защиты и тепла. Эмма опустила взгляд и замерла. На полу лежал черный носок. Дрожащими руками она подняла его, расправляя и не веря глазам. Ношеный, хоть и чистый. В катышках и с намечающейся дыркой в районе большого пальца. Кроме того, на носке нашлась эмблема: удвоенная буква «я», вышитая коричневыми нитками.

— Ястреб ярости, — прошептала Эмма и сама испуганно заозиралась.