Близнецы от врага. Чужая тайна.

- Все такая же маленькая и глупая, - говорит с обезоруживающей нежностью. – Не понимаю… - хмурится.

Обдумывает что-то, медлит, а потом вдруг со словами: «Ты все мне расскажешь, птичка», - хватает меня под бедра и одним легким движением взваливает мое хрупкое тело себе на плечо. Ударяю его кулаками в спину, но тут же замираю, поймав на себе заинтересованные взгляды случайных прохожих. Алекс посмешище из меня делает! И подставляет. Если Игорь узнает…

- Пожалуйста, Алекс, - хнычу я. – Хватит, - обмякаю в его руках.

Врагов непоколебим. Шагает быстро и уверенно, словно на его плече нет никакой «лишней ноши». Опускает меня на ноги только у дверей своей квартиры. Открыв, тут же подталкивает внутрь.

Не замечаю, как оказываюсь в его кухне. Не кричу больше и не сопротивляюсь, будто под гипноз попала. Слишком разбита сейчас.

- Проходи, птичка, чувствуй себя как дома. Нам предстоит долгий разговор, - постановляет Алекс. – Чай?

Кивает на стул, приглашая меня, и я слушаюсь машинально. Видимо, последние дни «дрессировки от Авдеева» дают о себе знать.

- Нет. Да, - теряюсь я. – Какой чай, Алекс! Мне домой нужно."

"- Если мне не изменяет память... – подходит к кухонному шкафу. - Зеленый. С саусепом? Или его тоже Авдеев тебе запретил? – небрежно добавляет, словно насквозь меня видит.

Достает нужную пачку. Нераскрытую. Мельком скольжу по этикетке и удивляюсь: тот самый чай, мой любимый.

- Зачем он на твоей кухне? – искренне недоумеваю. - Ты его терпеть не можешь!

«И покупал только для меня, а сам кривился… Когда мы жили здесь вместе», - добавляю мысленно, и внутренности сжимаются от острой боли.

- Еще недавно я был уверен, что тебя тоже, - окидывает серьезным взглядом. – Но вот ты здесь.

- Не по своей воле, - прячу глаза.

- Хорошо, Дана. Опустим элементарное гостеприимство. Сразу перейдем к делу.

Алекс подходит и, оперевшись рукой о спинку моего стула, нависает надо мной. Смотрит пристально, с прищуром. Побуждает сглотнуть ком в горле и шумно вздохнуть, отчего сам заметно напрягается.

- Алекс! – возмущенно выдыхаю и краснею невольно.

Получаю очередной изучающий взгляд. Врагов будто узнает меня заново.

- Птичка, твоя золотая клетка оказалась полным говном, не так ли? – выдает неожиданно. – Авдеев бьет тебя? Угрожает?

Взрагиваю от одного лишь слова «бьет». Мне морального давления с лихвой хватает в так называемой семье.