Близнецы от врага. Чужая тайна.

– Тебе надо через муженька действовать. Выбора нет. Авдеев же обещал тебя отмазать от полиции.

- С ума сошла? – отмахиваюсь зло. – Я же тебе рассказывала, что он хочет взамен! Никогда я суррогатной мамой для него не стану, - шиплю со злостью. – Сегодня я должна лететь с ним в Австрию, но…

- Но вместо тебя полечу я! – хлопает в ладоши Мика, а я ошеломленно округляю глаза.

- С ума сошла? – хмурю брови. – Ты собралась Авдееву рожать?

- Еще чего! – прыскает в ответ. – Я фигуру берегу, - демонстративно ведет руками по талии.

Чувствую, что она лукавит: не в фигуре дело. Я же вижу, как сестра к близнецам относится. Мика пытается выглядеть циничной, но в глубине души она ранимая девочка. Не сможет собственного ребенка продать, как вещь какую-то.

- Что ты задумала? – прищуриваюсь.

- Сыграю тебя, мне не впервой, - объясняет заговорщически. – Улечу с Авдеевым по твоим документам, потом почтой их тебе перешлю. В Австрии сбегу от него. Выиграю для вас с Враговым время. Сама осяду где-нибудь в Европе. Может, в Польшу рвану, ближе к корням нашим, - задумчиво постукивает пальчиком по подбородку.

- Как же так. Мы только нашли друг друга, - сипло шепчу.

- Пойми, Дан, мне Крестовский жизни здесь не даст, - вздыхает печально. – Я прочно у него на крючке. Закончатся «задания», связанные с тобой, так он новую работу мне придумает. Шантажисты никогда не останавливаются, аппетит только растет, - делает паузу и переводит взгляд на близнецов. – Если я улечу с Авдеевым, то и тебе помогу, и себе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Вдруг Игорь поймет, что ты не я? – лепечу испуганно.

"- Как? О моем существовании знает только Крестовский, - закатывает глаза. – Да и твою роль я не раз исполняла. Весьма удачно. Даже Врагов не сразу понял, только когда мы… кхм, - краснеет и отворачивается.

- Да я все видела, Мика, - отмахиваюсь. – Кино с вашим участием в тот же день Крестовский Авдееву прислал. Ну, а тот меня им попрекал. Решил, что это я с Алексом целовалась, - заканчиваю грубо, потому что не вовремя просыпается ревность.

- Прости, сеструль, - сжимает Мика губы, но вскоре меняется в лице. – В свое оправдание могу сказать, что я без языка.

- Фу, Мика! – хлопаю ее по плечу, а она ехидно хихикает.

- Надежный он у тебя. Защитник, - говорит вдруг серьезно. – Держись за него.

- Держусь, - соглашаюсь. – И все-таки нельзя тебе лететь! – сжимаю руками поручень. – Мы пять лет с Игорем вместе.