Близнецы от врага. Чужая тайна.

Алекс кивает, заключает мое лицо в ладони, целует в лоб. Ласково, почти невесомо.

- Маленькая птичка, сколько ты пережила, - с грустью и виной в голосе шепчет он, - без меня.

Не сводит с меня пристального взгляда, фильтрует каждое слово.

- Что ж, - произносит, наконец. – Значит, с третьим тоже к Илье Романовичу пойдем, - подмигивает лукаво.

Намеревается сказать что-то еще, но я прерываю его речь поцелуем. Алекса не нужно долго уговаривать – его реакция мгновенная и бурная, как ядерный взрыв.

Вздох – и жаркие ладони раздвигают полы халата, ложатся на мои обнаженные бедра, двигаются выше, задирая футболку.

Понимаю, что нужно остановить зверя, вселившегося в Алекса. Дети явно не одобрят моего нежного отношения к «папе-предателю». Однако слабые попытки сопротивления рубятся на корню. Страстными поцелуями и крепкими объятиями.

Спасением становится настойчивая вибрация. Не отпуская меня, Алекс достает из кармана смартфон.

Врагов слушает долго, внимательно. Косится на меня и не спешит отвечать.

- Проверки? – бросает отрывисто. – Основание? – хочет задать очередной вопрос, но осекается.

Отворачиваюсь к раковине и включаю воду, делая вид, что занята посудой. Но как не вслушиваться в слова Алекса, если сердце не на месте?

- Так, юристов ко мне вызови, - резко поднимается он из-за стола.

Отключает телефон, прокручивает его в руке.

- Что-то случилось? – не выдерживаю я.

- Нет. Рабочие моменты, - старается быть убедительным. - Вы с мальчиками хотели в торговый центр, - тянет задумчиво. – Подвезти?

Понимаю, что у Алекса и так времени в обрез. Кроме того, проблемы в компании. Несмотря ни на что, он ставит на первый план нас – свою семью.

Ценю его заботу и жутко хочу провести с ним хотя бы лишние полчаса вместе, но подавляю нездоровый эгоизм.

- Нет, мы на такси, - убедительно говорю и, поразмыслив, добавляю. - Не будем лишний раз нервировать близнецов тем, что мы вместе. Они обижаются и ревнуют. Придется нам пока что быть осторожнее.

Алекс огорчен моими словами, но принимает ситуацию, как есть.

Целую его на прощание так, будто мы сто лет в браке. Все-таки к хорошему быстро привыкаешь. Как же хочется, чтобы наша семейная идиллия никогда не кончалась, а дети приняли бы со временем своего отца.